Материал: Шкабин Г.С. Уголовно-правовое обеспечение ОРД, теоретико-прикладные и законодательные аспекты
241
По мнению авторов, предлагаемые ими дефиниции охватывают в том числе и правомерность причинения вреда при осуществлении оперативно-
разыскной деятельности. Не вдаваясь в подробности юридической характе-
ристики приведенных выше теоретических разработок, выскажем свое со-
мнение в целесообразности появления их в Уголовном кодексе РФ по следу-
ющим основаниям.
Во-первых, предложенные дефиниции отличаются отсутствием описа-
ния конкретных условий, обстановки, наличие которых исключало бы пре-
ступность деяния. Такого рода обстоятельства должны быть предусмотрены в других источниках. В обоих случаях предполагается, что нормы являются бланкетными. Другими словами, для того чтобы их применить следует обра-
титься к иным нормативным актам. Это обстоятельство весьма затруднит правоприменительную практику.
Во-вторых, в современной российской правовой системе сама идея включения в уголовное законодательство такого обстоятельства, исключаю-
щего преступность деяния, как «исполнение закона» является нерациональ-
ной. При ее реализации предполагаемая норма становится бессмысленной
«прослойкой» между ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, предусматривающей воз-
можность ограничения прав и свобод федеральным законом, и самим зако-
ном о причинение вреда.
Сделанные замечания относятся и к выполнению профессиональных
(должностных) функций. Видимо, предполагается, что профессия, при осуществлении которой причиняется вред, должна быть предусмотрена за-
коном или иным нормативным актом, регламентирующими соответствую-
щий вид деятельности. На сегодняшний день существует множество раз-
личного рода профессий. Научно-технический прогресс породит еще большее их количество1, поэтому регулирование их всех на законодатель-
ном уровне практически исключено, а это означает, что к профессии, в
1 О проблемах уголовного права, связанных с развитием научно-технического прогресса, см. также: Козаев Н. Ш. Современные проблемы уголовного права, обусловленные научно-техническим прогрессом : дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2016.
242
рассматриваемом смысле, можно отнести и социально опасные формы по-
ведения.
В-третьих, существуют как отдельные положения некоторых зако-
нов, так и виды профессиональной деятельности, которые прямо не преду-
сматривают возможность причинения вреда. Такой вред зависит от кон-
кретной обстановки. Например, оперативное внедрение предусмотрено Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности», но ни о каком вреде непосредственно при его осуществлении речи не идет. Следо-
вательно, предложенные дефиниции не будут регламентировать его пра-
вомерность.
Таким образом, по нашему мнению, потенциальные нормы об испол-
нении закона и выполнении профессиональных (должностных) функций не следует включать в уголовное законодательство. Они не станут решением существующих в рассматриваемой сфере проблем и затруднят правоприме-
нительную практику.
Переходя к рассмотрению второй группы предложений об обстоя-
тельствах, исключающих преступность деяния, посвященных оперативно-
разыскным мероприятиям, стоит отметить, что эта идея становилась пред-
метом исследований, представителей как теории уголовного права, так и оперативно-разыскной науки. В свою очередь, данный тип предложений также по объему регламентирования можно дифференцировать на следу-
ющие две подгруппы: 1) предусматривающие правомерность причинения вреда только при осуществлении оперативного внедрения; 2) допускающие причинение вреда при осуществлении нескольких оперативно-разыскных мероприятий либо вообще всей оперативно-разыскной деятельности.
К первой подгруппе предполагаемых дефиниций, которые посвящены уголовно-правовому регулированию исключительно оперативного внедре-
ния, можно отнести следующие предложения авторов. Так, Н. Г. Иванов ви-
дит выход из сложившейся ситуации в принятии нормы, имеющей название
243
«Причинение вреда при выполнении задания по предупреждению или рас-
крытию преступления», содержащей следующие положения:
«1. Не является преступлением вынужденное причинение вреда право-
охраняемым интересам лицом, которое в соответствии с действующим зако-
нодательством выполняло специальное задание по предупреждению или рас-
крытию преступления, действуя совместно с другими участниками.
2. Правила части первой настоящей статьи не распространяются на действия лица, причинившего смерть или тяжкий вред здоровью потерпев-
шего. В таком случае наказание, назначаемое виновному, должно быть смягчено»1.
С. Пархоменко, анализируя проблемы уголовно-правовой оценки при-
чинения вреда при проведении оперативного внедрения, пришла к выводу о необходимости включения в УК РФ ст. 38.1. «Причинение вреда при выпол-
нении специального задания» следующего содержания:
«Не совершает преступления тот, кто, выполняя в соответствии с действующим законодательством специальное задание, принимая участие в организованной группе или преступной организации в целях предупре-
ждения совершения ими преступлений либо выявления и раскрытия их преступной деятельности, вынужденно причинит вред охраняемым уго-
ловным законом интересам.
Лицо, совершившее тяжкое или особо тяжкое преступление против жиз-
ни и здоровья человека при выполнении специального задания для достиже-
ния целей, указанных в части первой настоящей статьи, подлежит уголовной ответственности на общих основаниях, однако ему не может быть назначено наказание в виде пожизненного лишения свободы, а наказание в виде лишения свободы не может превышать половины срока, предусмотренного соответ-
ствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса»2.
1Иванов Н. Г. Модельный кодекс: Общая часть. Опус № 1. М., 2003. С. 93.
2Пархоменко С. Причинение вреда при выполнении специального задания // Законность. 2004. № 8. С. 40–41.
244
А. Савинский для уголовно-правовой оценки поведения внедренных лиц предлагает ввести в законодательный оборот понятие «мнимое соуча-
стие» и закрепить его в ст. 42.1 «Выполнение специального задания органа,
осуществляющего оперативно-розыскную деятельность (мнимое соуча-
стие)». Ее редакция видится автору такой:
«1. Не является преступлением вынужденное причинение вреда охра-
няемым уголовным законом интересам лицом, внедренным в преступную группу или организацию органом, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, если это лицо действовало в состоянии мнимого соучастия, то есть во исполнение специального задания органа, осуществляющего опера-
тивно-розыскную деятельность, при правомерном выполнении своего слу-
жебного или общественного долга.
2. Правила части первой настоящей статьи не применяются к лицу, вы-
ступающему в роли организатора и подстрекателя совершения преступления,
а также совершившему особо тяжкое или тяжкое преступление, сопряженное с посягательством на жизнь и здоровье людей либо с угрозой экологической катастрофы или общественного бедствия»1.
Схожую с конструкцией А. Савинского идею предлагает Д. В. Мельни-
ков, считающий необходимым включить в УК РФ ст. 42.2 «Мнимое соуча-
стие» следующего содержания: «Не признается преступлением вынужденное причинение вреда охраняемым законом интересам действиями сотрудников правоохранительных органов, внедренных в преступную группу или органи-
зацию по специальному заданию органа, осуществляющего следственную,
оперативно-розыскную деятельность, направленных на сбор информации и доказательств о готовящихся и совершенных правонарушениях в целях их предупреждения и раскрытия.
Совершение внедренным в преступную структуру агентом преступле-
ний, посягающих на жизнь и здоровье людей, или преступлений, связанных с
1 Савинский А. Мнимое соучастие как обстоятельство, исключающее преступность деяния. С. 32–33.
245
особо опасными для людей последствиями, а также организация и подстре-
кательство к совершению преступлений являются безотлагательным основа-
нием к отмене действий части 1 настоящей статьи»1.
В. В. Меркурьев, И. А. Тараканов в своем законодательном предложе-
нии в УК РФ ст. 39.1 «Причинение вреда при осуществлении оперативно-
розыскных мероприятий», исходя из названия, хотя и говорят о всех меро-
приятиях, в диспозиции все же речь ведут только об оперативном внедрении: «1. Не является преступлением вынужденное причинение вреда охра-
няемым уголовным законом интересам лицом, внедренным в организован-
ную группу или преступную организацию и выполняющим в соответствии с законом специальное задание в целях предотвращения, выявления, раскры-
тия или расследования преступлений, если их предотвращение, раскрытие или расследование, а равно изобличение виновных в совершении преступле-
ний лиц не могло быть осуществлено иным способом.
2. Положения части первой настоящей статьи не распространяются на лиц, совершивших особо тяжкое или тяжкое преступление, связанное с пося-
гательством на жизнь или здоровье человека.
3. Лицу, совершившему преступление, предусмотренное частью второй настоящей статьи, наказание должно назначаться с учетом положений статьи
64 настоящего Кодекса»2.
А. В. Петровский считает, что «уголовной ответственности не должно подлежать лицо, которое, выполняя в соответствии с действующим законо-
дательством специальное задание по предупреждению или раскрытию пре-
ступления и действуя с другими соучастниками, вынужденно совершит пре-
ступление»3.
1Мельников Д. В. Мнимое соучастие (некоторые актуальные аспекты проблемы) // Правовые вопросы современности: теория и практика : материалы Всерос. науч.-практ. конф. (Курган, 15 мая 2009 г.). Курган, 2009. С. 115–117.
2Меркурьев В. В., Тараканов И. А. Причинение вреда при осуществлении оперативноразыскных мероприятий как обстоятельство, исключающее преступность деяния // Вестн. Владим. юрид. ин-та. 2007. № 4. С. 106–109.
3Петровский А. В. Указ. соч. C. 215.