1. Кура-л-оши ило маърифат-ил-аврони ва-л-аъоши (Вечерное угощение для выделения заблудших и сомневающихся) Умаров И. философские и этические взгляды Айнулкузота. - С. 12.
2. Рисолаи Алоия (Алоива - трактат). Айнулкуззот написал этот трактат для людей улиц и базаров, но сам в «Зубдат ал-хакоик» пишет, что она написана для избранных. Этот трактат он упоминает и в «Трактат Джамоли». Есть мнение, что в этом трактат он описал мазхаб праведных предшественников на арабском языке для приближенных Алауддина.
3. Ал-муфтазалу мин ат-тасриф (Предпочтительное из склонении). Трактат о синтаксисе и морфологии арабского языка.
4. Амоли ал-иштиёк фи лаёли ал-фирок (Желание мечты в ночи разлуки).
5. Мунят ал-хисоб (Цель арифметики). Трактат о арифметики и геометрии.
6. Гоят ал-бахс ан маъна-л-баъс (Предел спора о смысле воскрешения). Айнулкуззот написал этот трактат в 21 лет относительно проблемам пророчества и судного дня.
7. Савлат ал-бозили-л- Амун ало Ибни Лабун (Нападение верблюдицы с обильным молоком на верблюжонка).
8. Нухзат ал-ушшоќ ва нахзат ал-муштоќ (Миграция влюбленных и возрождение жаждущих). Сборник стихов из 1000 бейтов (двустишие).
9. Ал-мадхалу илал-арабияти ва риёзати улумихи-л-абия (Вхождения в арабистику и повторение основных наук). Незаконченная книга из 10 томов.
10. Тафсири хаќоиќи Ќуръон (Комментарий к истинам Корана). Незаконченная книга в 10 томах.
11. Мадхи Расул (с) (Восхваление Посланника). Стихи состоящая из 70 бейтов на арабском языке в честь Пророка (с) и праведных Халифов.
Наставники Айнулкуззота Хамадани.
1. Ахмад Газали. Несмотря на то, что Айнулкуззот присутствовал не более 20 дней в кругу бесед Ахмада Газали, более 5 лет они вели переписку и многие наставнические указания Газали давал ему в этих письмах. Айнулкуззот в своих арабских произведениях придерживался стилистики Мухаммада Газали, а в персидских, стилистику Ахмада Газали. Огромное уважение Айнулкуззота по отношению к этим двум известным братьям прослеживается в его произведениях. На пример, в «Тамхидот»-е он пишет: «Долгое время мне были известны девять выдающихся ученых, но этим пятничным вечером я узнал о десятом, и им является Хаджа Мухаммад Газали. Ахмада знал, но Мухаммада не знал. Мухаммад тоже является из наших». Тамхидот. - С.280. Время общения Айнулкуззота с Ахмадом Газали является одним из важнейших этапов его жизни. После встречи Айнулкуззота с Ахмадом Газали ему открывает пострационалистические миры, с познанием которых он сможет еще больше приблизиться к познанию истины. Свою встречу с Ахмадом Газали Айнулкуззота описывает так, как будто жаждавший нашёл воду и слепой приобрёл зрение: «Не более двадцати дней из моей жизни прошла в его (Ахмада Газали) служении, когда устранилась занавесь моего блуждания и стало очевидным истина этого явления». Зубдат ал-хакоик. - С. 7. Айнулкуззот в 21 лет достигает нового для него опыта, о котором отзывается как об «открывание внутреннего видения»: «О глазе внутреннего видения говорю, а не глазах разума». Там же.
2. Шейх Барак Хамадани. Этот наставник был для Айнулкуззота примером человека набожного и аскета и являлся его учителем Корана. Большое уважение Айнулкуззота к этому наставнику очевидна из его писем Комилуддавле, где он выражает свою симпатию и благодарность по отношении к нему: «Барака не знал наизусть из Корана ничего кроме Ал-хамда и несколько сур. И если спросите конкретно, то он не мог даже несколько пропорциональных хадисов передавать в устья Хамадани. Но точно знаю, что Коран он знал правильно, а не я, кроме несколько частей которых узнал не с помощью комментарий и др., путей, а только путём служение ему». Номахои Айнулкуззот. Т.1. - С. 54. После кончины Шейха Барака Хамадани Айнулкуззот в течение двух месяцев ничего не написал и не отвечал на вопросы друзей и последователей.
3. Мухаммад ибн Хамуя ибн Усман. Он относится к числу сподвижников Абулхасана Бусти и является дедом Саъдуддина Хамуйи. Этот учитель Айнулкуззота был сведущем во многих эзо и экзотерических науках. Айнулкуззот неоднократно в своих произведениях повторяет, что: «От Хаджы Мухаммада Хамави и Хаджы Газали услышал, что …». Тароик ал-хакоик. Т. 2. - С. 570. Он является автором книги «Савлат ат-толибин» (Радость ищущих) и умер примерно в 530 г.х. Ахвол ва осори Айнулкуззот. - С. 25.
4. Омар Хаям. Некоторые историки приписывают Хаяма к числу учителей Айнулкуззота, но правилнее было бы отнести Хаяма к числу его собеседников и друзей. См.: Татиммаи Савон ал-хикма. - С. 112.
Ученики и последователи (мюриды) Айнулкуззота Хамадани.
1. Азизуддин Муставфи. Один из способных сельджукских деятелей работавший главным казначеем Султана Мухаммада Маликшаха. Он перед казнью Айнулкуззота подвергся притеснениям из - за мести со стороны визиря Абулкасима Даргазани и был помещен в тюрьму крепости Тикрита, где был казнен в 525 г.х. Шикво ал-гариб. Предисловие. - С. 2.
2. Хаджа Камилуддавлат ва-д-дин. Был другом Шейха Барака Хамадани и Азизуддина Муставфи и являлся мюридом Айнулкуззота. Сохранились некоторые письма Айнулкуззота адресованные ему. Номахои Айнулкуззот. Т. 1. - С. 29, 305, 324.
3. Имам Саъдуддин Багдади. Один из современников и известных личностей, уважаемых Айнулкуззотом. Некоторые изложения Айнулкуззота адресованы ему. Ахвол ва осори Айнулкуззот. - С. 32.
4. Имам Зияуддин, брат Азизуддина Муставфи. Из писем написанных ему Айнулкуззотом ничего не сохранилось, но сохранились письма, написанные Зияуддином для Азизуддина, из которых становится ясным, что Зияуддин в стадиях шествия стоял ниже Азизуддина: «И то, что - брата по вере направлять из мрака в свет, означает оказывать помощь на пути совершенства». Номахои Айнулкуззот. - С. 39. Зияуддин тоже подвергся интригам Даргазани и также был заточен в тюрьму в Исфагане, где пребывал вместе с Сафиуддином, а все их имушество было конфисковано. Там же.
5. Санаи Газнави. Известный поэт и суфий, который был мюридом Хаджи Юсуфа Хамадани. Айнулкуззот в своей поэзии и прозе приводит много примеров из произведений Санои.
§ 1.3 Идейные истоки социально - этических воззрений Сухраварди и Айнулкуззота
Наджибуддин Сухраварди, как уже было нами отмечено, имел достойные успехи в деле преподавания в медресе Низамия, но по не вполне понятным причинам он отстранился от преподавания. В исторических книгах и летописях не раскрываются причины это отстранения, но в книге «Ал-мунтазам» аль Джаузи Абуль-Фарадж ибн аль-Джаузи. Ал-мунтазам. Т. 1. - С. 147. приведено, что после смерти Яъкуба Котиба и закрытия его аудитории (он был одним из известных факихов Низамия), было огромное восстание со стороны учеников Низамия. Вследствие этого события ответственные за наследство (таракот, т.е. имущество оставшиеся после тех, кто не имеет наследников) были наказаны и были задержаны двое учеников Низамия. Наджибуддин после этих событий становится домоседом. Его ученики тоже восстают и требуют возвращения Наджибуддина и добиваются этого. Но вскоре, когда Абунаср ибн Низамулмулк стал преподавать в Низамия, он подверг преследованию Наджибуддина и заточил его в тюрьму, где его избивали плетью. Несматря на все это, слава Наджибуддина растет ещё больше и стали распространялись чудесные истории о нём. Хадисы, передаваемые по линии Наджибуддина Сухраварди, пользовались большей популярностью, чем хадисы других ученых хадисоведов. Такие ученые, как Ибн Асокир, Касым ибн Асокир, Ибни Самъони и Абуахмад ибн Сакина признавали хадисы, переданные Наджибуддином достоверными и передавали своим ученикам и слушателям». Субки. Табакот аш-Шофеъия. Т. 4. - С. 256.
Наджибуддин после этих событий как бы прозрел и избрал уединение. Разрыв с Низамия переросло в тасаввуф. Ибн Халликон тоже считает причиной того, что Наджибуддин примкнул к тасаввуфу то, что он разочаровался в преподавании. См.: Вафиёт ал-аъён. Т. 3. - С. 204. Некоторые учёные стали его сподвижниками. См.: Латоифи Ашрафи. - С. 352. Из их числа можно отметить Шейха Амора Ёсира, одного из известных учёных 6 в.х. Он был знатоком явных и сокровенных наук, славился своими раскрытиями (кашф) и созерцаниями, имел много произведений в различных науках. Он умер в 580 г.х. в городе Бадлис. См.: Равзат ал-джанон. Т. 2. - С. 335., Хазинат ал-асфиё. Т. 2. - С. 12.
Другим сподвижником Наджибуддина был Шейх Рузбехон Кабири Мисри. Абдуррахман Джами полагает, что он был из Козируна, но жил в Египте. Наджмуддин Рози так же был учеником Наджибуддина и Аммора Ёсира. Другим известным сподвижником Наджибуддина был Шейх Исмаил Касри. О его жизни и творчестве нет достоверной информации. Джами в «Нафахат ал-унс»-е перечисляет цепь преемственности его хирки. Джами Абдуррахман. Нафахот ал-унс мин хазароти-л-кудс. Тегеран, 1336 г.ш. - С. 418. Следуюшим мюридом Наджибуддина является Хасан Булгори о котором тоже мало информации. Говорят, что он был святым и во времена Кутлуг Туркана (655 г.х.) жил в Кирмане и имел там ханака, где занимался наставничеством. Кутлуг тоже имел хорошие отношения к Хасану Булгори и покровительствовал его ученикам. См.: Самат-ул-уло ли-л-хазрати-л-улё. - С. 44. Шейх Хусайн Сако так же является одним из самых приближенных сподвижников Наджибуддина. Он всегда, дома и в путешествиях, был рядом с Наджибуддином и служил ему верой и правдой. В летописях пишут о причине название его Сако: «Его звали Сако потому что он всегда держал у себя на готове кувшин воды для Наджибуддина и это было частью его служения. Рядом с верблюдом Наджибуддина он шел по пути в Хиджаз и ночью сломал ногу, ударившись о камень и он, со сломанной ногой, шел до утра рядом с верблюдом Наджибуддина. Когда шейх спустился с верблюда, Хусейн подал воду. Наджибуддин сказал: Эй Хусейн! Эта вода пахнет кровью, что случилось? Шейх Хусейн рассказал историю. Наджибуддин сильно расстроился, приложился своей щекой к месту раны на сломанной ноге и сказал: О Боже! Знаешь, что кроме Хусейна некому мне служить!» И нога Хусейна срослась и стала абсолютно здоровой». Равзвт ал-джанон. Т. 2. - С. 337-338.
Наджибуддин построил ханака у реки Даджла и уединился там. Кухистони передает, что Наджибуддин занимался раскрыванием и созерцанием Божьих проявлений. См.: Силсилат ал-авлиё. - С. 38. В 557 г.х. Наджибуддин направился в поломничество в Байтулмукаддас и в соборной мечети Атике устроил собрания проповедей. После он уехал в Шам, где был удостоен уважения со стороны малика Шама - Нуриддина Махмуда. В Шаме Наджибуддин так же занимался проповедями и наставлением учеников. Возвратившись в Багдад, он в том же ханака продолжил наставление путников, что продолжалось до самой его смерти (ум. в 1168 г.) Вафиёт ал-аъён. Т. 3. - С. 205. Миръот ал-джинон. Т. 3. - С. 273. Шаддуализор, хошия. - С. 75. Наджмуддин Сухраварди занимался наставничеством и был похоронен в углу своего ханака.
Как уже было сказано, главную роль в его становлении на путь тариката сыграл Ахмад Газали. Но до этого он надел хирка от своего отца Шахабуддина Абдулло Сухраварди, а после него от Ваджхуддина Умара. Ахмад Газали ещё при жизни выбрал Наджмуддина Сухраварди в свои приемники, и это подтверждается рассказом приведенное в «Авориф ал-маориф». Авариф ал-маариф. - С. 68. Ахмад Газали велит Наджмуддину, чтобы он надел хирку одному своему мюриду. Когда Наджмуддин избирает путь тариката, раздаёт всё своё имущество своим детям и в трудностях проводит свою жизнь. Дело доходит до того, что он один раз в трудном положении приходит просить помощь у Шахобуддина Сухраварди. Когда Шахобуддин велит своему сыну помочь ему из имущества вакфа, его сын отказывается. Наджибуддин предсказывает, что в будущем сын Шахабуддина будет испытывать нужду в нем и это сбывается. Райхонат ал-адаб. Т. 7. - С. 283. Наджмуддин 12 лет проводит в испытании (риёзат) в той мере, что в семь дней один раз пил воду и дневной его рацион питания состоял из трех штук хурмы. Одоб ал-муридин. Предисловие. - С. 20.
Несмотря на то, что Наджмуддин Сухраварди достиг самых трудных высот в суфизме и ирфане, но полностью не погрузился в любовный тасаввуф (тасаввуфи ошикона), который был свойственнен его наставнику, Ахмаду Газали. Он избрал среднюю дорогу между шариатом и тарикатом, и искренне следовал обоим направлениям, уважая их ценности. Наджмуддин Сухраварди испытал на себя плодотворное влияние ещё двух великих суфиев, Абдукадира Гелани и Шейха Хаммада Даббаса, с которыми он был близко знаком. Азарот. Т. 2. - С. 208., Сакинат ал-авлиё. - С. 59. Отпечатки их влияния также ощущаются в творчестве Наджмуддина Сухравади.
Айнулкуззот Хамадани с детства вместе со своим отцом - суфием посешал собрание суфиев Хамадана. В «Тамхидот»-е он пишет, что: «Однажды ночью мы вместе с отцом и обществом имамов нашего города были в доме Мукаддама Суфи. Мы танцевали, а Абусаид Тирмизи читал стихи (байтак). Мой отец, посмотрев на Абусаида, сказал: Видел Хаджа Имама Ахмада Газали танцующим с нами, и его одежда была такой, да такой, и показывал. Шейх Абусаид сказал: не могу сказать, но смерть меня хочет. Я сказал: умри, эй Абусаид, и он тотчас же упал без сознания и умер. Сказал: -если можешь живого умертвить, мёртвого тоже оживи. Я сказал: - кто умерший? Сказал: - Факих Махмуд. Скзал: Боже, оживи Факиха Махмуда. В то же миг он ожил». Тамхидот. - С. 250-251. Ссылаясь на этот рассказ Дорушшукух в «Сакинат ал-авлиё» и Маъсум Алишо в «Тароик ал-хакоик» считали умерщвление и оживление из числа его чудотворств (каромот).
Как уже была сказано, на многие свои вопросы Айнулкуззот Хамадани нашел ответ в произведениях Мухаммада Газали, а основное и переломный период его жизни была почти двадцатидневное пребывание Айнулкуззота с Ахмадом Газали. Ахмад Газали был главным вдохновителем Айнулкуззота в его окончательном становлении как совершенного арифа-влюбленного. Тарикат влюбленных перешло к нему от Ахмада Газали, и он об этом пишет: «Запомни этот хадис, где Мустафа (с) сказал: Каждый, кто влюбится, и будет скрывать эту любовь и умрет с этой любовью, умрет мучеником (шахидом). В этой колыбели постелим мир любви. Сколько стараюсь отречься от любви, она делает из меня околдованного и блуждающего. И всегда любовь становится победителем и я побежденным. Разве можно с любовью потягаться?!
Корам андар иш? мушкил мешавад,
Хонумонам бар сари дил мешавад.
?ар замон гўям, ки бигрезам зи иш?,
Иш? пеш аз ман ба манзил мешавад». Тамхидот. - С. 96
(С любовью дела мои в затруднении,
Вся бытность мая обрашена к сердцу.
Каждый миг хочу убежать от любви,
Но любовь опережает мои намерения).
Несмотря на загруженные дни в судействе, ибо он был Казием, и посещения огромного количества людей и знакомых с многичисленными вопросами, так же проповедей, произносимых им на собраниях, Айнулкуззот уделял особенное внимание ирфану. Много времени он проводил в ханака беседами с суфиями, и извлекал пользу от их общения и снисхождения благодати. По этому поводу он говорит: «В эти три года Божья милость одаривала меня такими видами сокровенных познаний и изумительных состояний, что я бессилен в их описании». Шиква ал-гариб. - С. 41.