Это глубокомыслие Наджибуддина основывается не его природный талант, усердие и жизненный опыт. Он точно знает, что вблизи шейха путник может познать невзгоды страсти и неприемлемое поведение и поэтому советует путникам постоянно бороться с страстью и сообщат свои состояния своему наставнику. Он говорит: «Сказано, что не считается разумным тот, кто не предъявляет свои болезни лекарю». Там же. - С. 92. Поэтому поводу Гафиз Ширази писал, что:
Бияфшон зулфу суфиро ба побозию раќс овар,
Ки аз њар руќъаи дилкаш њазорон бут бияфшонї. Гафиз Ширази. Диван. - С. 647.
(Распусти локон и заставь суфия танцевать,
Так, что с каждой чарующей череты низвергнуть тысячи идолов).
Этика ирфана. Для описания положительных качеств «этики ирфана» Наджибуддин приводит пример из жизни, изречений и поступков великих и известных шейхов тасаввуфа. В частности он пишет: «Рассказывают о шейхе Абумухаммаде ибн Салама, что сказал: «Каждый мюрид, которому в одни сутки не решается сколько-то проблем, он не находится в пути». Одоб ал-муридин. - С. 92. От Шибли приводит стихотворение на арабском языке смысл, которого таков: «Хватит печаль безумно влюблённому то, что видит возле себя пустое место возлюбленной. Т.е. возлюбленная покинула его близость». Одним из главных нрав суфия у Наджибуддина, это «воспитание страсти» (тарбияти нафс). По его убеждению человек - ариф не должен испортит своё начало (бидоят) пустословной хвалой других, а должен смотрет правдиво на свои страсти и его похоти. Не зря сказано, что «Слушать слова не сравнится с созерцанием мгновений». Там же. - С. 93. Таким образом, Наджибуддин рекомендует путникам не заниматься слушанием и говорением, а заниматься размышлением над собой и своими недостатками. Он так же подчёркивает важность ирфана, основывающегося на шариате. По его мнению, усердно придерживаясь принципов шариата, тоже можно достичь совершенства.
Важным моментом человеческого нрава, по мнению Наджибуддина, является служение народу. Путник должен в каждой стадии своего совершенства помогать себе и другим людям в повседневных делах. Он говорит: «И сделать свою страсть слугой для исполнения поста, ночных бодрствований и служение братьям». Там же. Наджибуддин особо подчёркивает эти качества и считает их Пророческими, и даже считает их выше дополнительных молитв и мустахабов: «И ты должен дорожит служению братьям, и считать это необходимым чем дополнительные молитвы (нофила)». Для подтверждения своей мысли он ссылается на хадис переданной Аишой (р) в которой рассказывается о поведение Пророка относительно бедных, вдов и нуждающихся в помощи. «Или свой обувь дарил бедняку, или сшивал разорванный халат какой-то старухи». Наджибуддин приводит ещё один пример из жизни Джунайда Багдади. Абуамр Зуджодж Абуамр Мухаммад ибн Ибрагим Зуджодж, один из известных шейхов 4-го столетия хиджры. Родом он из Нишапура. Жил в Мекке и умер там в 384 г.х. (Тарджумаи рисолаи Кушайрия. - С. 77., Табакот ас-суфия. - С. 417). служил Джунайду, но Джунайд не обращал внимания на его старание и молитвы, кроме как на его уборкой за жильём и чистотой вокруг. Абуамр говорит, что когда Джунайд возвращаясь, увидел мою работу «призвал меня к себе и сказал «добро пожаловать», и молился за меня и сказал мне «благое дело сделал. Спасибо тебе, что ты делаешь это». И три раза он повторил это слово». Одоб ал-муридин. - С. 95.
Познание этики страсти. Постараться «познать этику души» (ахлоки нафс) является одним из приоритетных направлений воспитания в философии Наджибуддина Сухраварди. По его утверждению «страсть» побуждает человека к не благим делам. Он ссылается на аят Корана: «Воистину страсть повелевает к не благим делам». Коран. 26, 33. Наджибуддин даже уверен, что если человек достигнет предела в познание страсти, всё таки он должен остерегаться её коварств. Поэтому Пророк ислама всегда просил помощи у Бога в противостоянии со своей страстью. Относительно этой темы Наджибуддин указывает на тонкую мысль на примере изречений Али ибн Абутолиба: «Я и мой страсть похожи на пастуха, который пасёт скот. Когда он с одного места собирает скот, с другого места они расходятся». Наджибуддин посвящает отдельный раздел в своей книге проблеме наблюдения за страстью и возведение её на правильный путь. Он приводит пример, уподобляя человеческую страсть чистому ручейку спокойно стоящему на определенном месте. До тех пор пока не тронешь её, она чиста. Но когда прикоснёшься, грязи и нечистоты начинают вылезти наружу. С другой стороны Наджибуддин признаёт страсть местом «приемлемых нрав» (ахлоки нек). Он признаёт глаза местом (приемлемого) видения, уши местом слушания и нос местом нюха. Человеческую душу он считает местом блага и справедливости, а страсть местом зла и невежества. Человеческий разум он считает способным управлять за душой и страстью. Божья помощь (тавфик) поможет душе, а осведомленность о Божьей каре поможет страсти. И в этой суматохе сердце человека будет с той группой, который имеет перевесь над другим. В этой участки пути Наджибуддин считает обязанностью мюридов быть бодрым, бдительным и познать правильный путь: «Дела бывают трех видов: Первое, которое праведность его очевидна, и следование им есть необходимость. Второе, которое неправедность (берохи) Бурхони котеъ. «Берроњ», приводится в смысле неопределенные люди. его очевидна, и отдаление от него необходимо. Третье, дела, которые стоят посередине и вызывают сомнение. По утверждению Наджибуддина, такие дела надо оставить до их определения.
В заключение темы этики страсти Наджибуддин подчёркивает важность преобразования плохого нрава на хороший: «Мюриду обязательно поменять плохие качества на хорошие, такие как: высокомерие, злоба, алчность, зависть, ссора, злословие и нападки на братьев, подозрительность, лукавство и тому подобные плохие качества, которые противоречат благим качествам». Одоб ал- муридин. - С. 98-100.
Одним из особенностей человеческого нрава является способ и характер отношения с людьми. Наджибуддин тоже затрагивая эту тему, посвящает раздел «Об этике собеседования с другими» этой проблеме, которое по нашему мнению является очень актуальным, особенно для современной молодёжи. Наджибуддин уверен, что если человек не имеет способности выбирать хорошего собеседника, то ему лучше выбирать одиночества. Он приводит пример из предшественников. В частности Абухафс Нишопури говорил, что суфийским поведением считается дорое отношение с братьями, быть нежным с детьми и дат им назидания, дружит с себеподобным, быть из числа шедрых и не дать дорогу к сердцу мирским богатствам, в мирских и религиозных делах быть помощником всех. Дружить с тем от кого ему достанется истинная польза в виде добра и мудрости. И в этих наставлениях Наджибуддин неоднократно ссылается на хадисы Пророка. Верующий человек бывает другом. И нет блага у кого нет друга и не берут его в друзья. Муснад Ахмада Ханбала. Т. 2. - С. 400. Мавлаи Руми тоже подчёркивает дружбу с чистоплотными людьми:
Лайса яълиф, лайса юълаф љисмуњу,
Лайса илло шуњња нафсин ќисмуњу. Хадисы Маснави. - С. 179.
(Не дружит и не берут его в друзья, Только самовлюблённость его доля).
Со слов Суфёна Уайна Автор книги «Ал-джомеъ» в тафсире и хадисе. См.: Мийзон ал-эътидол. Т. 1. - С. 397., Таърихи Багдод. Т. 9. - С. 174., Ал-имом Содик ва-л-мазохиб. Т. 1. - С. 155. - один из мавали начальных периодов ислама - невежество людей в основном становится явным от незнания и недооценки статуса и положения других людей. И основываясь на этом, он считает не позволительным унижение и уменьшение достоинства других. В продолжение Наджибуддин приводит хадис со слов Суфёна: «Верующий подобен зеркалу для верующего». Этот хадис передан и в виде «Верующий является зеркалом своего верующего брата». Кунуз ал-хакоик. - С. 136. Наджибуддин считает также важным уважение женской половины в собеседованиях, и особенно подчёркивает положение жены относительно мужа в собеседованиях. Он наставляет мюридов, чтобы они были приветливы и общительными с жёнами, и выполняли все необходимые их права и потребности.
Уважение младших по возрасту Наджибуддин считает важным качеством путника. По его мнению одним из обязанностей старших является воспитание и нравоучение младших и освобождение их от требования шариата соответственно возрасту и постоянно припоминать им об их вечных благах. Помогать им в полезных делах и ограничивать от неблагих намерениях и поступков. Одоб ал-муридин. - С. 101-104. По поводу отношения с служащими он подчёркивает нежное отношение с ними и достойное уважение их как польноценного человека. Для подтверждение своих слов приводит доказательство от Анаса ибн Молика, который рассказывает, что в течении десяти лет пребывания с Пророком ислама, он не только не видел угрюмость в лице Пророка, а наоборот всегда отмечал любезность, приветливость и отзывчивость с их стороны. А иногда Пророк подшучивал с ним, чтобы он не стеснялся и не был скованным. Далее Наджибуддин затрагивает тему нравственного отношения с чужестранцами. И в их отношении тоже подчёркивает приветливость и отзывчивость. Наджибуддин ссылаясь на аяты Корана считает, что надо помогать чужеземцам и приезжим по мере возможности и уважать их. Коран. Собрание, 9., Добыча, 72.
По поводу отношения с невеждами Наджибуддин в подражание Корану призывает мюридов к терпению и добродушию и вежливости. Другим его назиданием является то, что смотреть на эту группу людей с жалостью и в отношении с ними последовать поступкам прежних пророков в их отношениях со своими племенами. Он обращает внимание и на социализацию человека. В отношениях со своими детьми и родственниками Наджибуддин предлагает благодеяние и милость, и по этой методике внедрить в них любовь к Богу и его созданиям и укоренить в их сердцах истинную веру. Он яростно борется с моральным растлением, остерегает от отношений с подростками и считает это бедствием. В основе его социальной доктрины легла идея «благородного правителя» и в беседах с правителями у Наджибуддина есть отдельные наставления как к правителям, так и к подчиненным: к примеру, если это не противоречит повиновению Богу, то выполнять их приказы, идти к справедливым из них. «Рассказывают от имени шейхов, что сотоварищ правителей выкупил унижение загробной жизни в обмен земных благ. Нужно приблизиться к ним, только для выполнения просьбы и нужды простолюдинов». См.: Одоб ал-муридин. - С. 106-109.
Этика личности в ирфане. Наджибуддина сопряжена с его социальными воззрениями и предусматривает различные категории этики относительно органов тела путника, суфия и арифа, которых называем «Этика личности или индивида». Наджибуддин связывает работа органов чувств с социальным поведением человека, нормами морали и ссылаясь на аят Корана: «Воистину, слух, зрение и сердце - все они будут призваны к ответу», Коран. Перенёс ночью, 36. утверждает обязательность спроса с каждого органа тела в судный день. По поводу этики взора и согласования увиденного с Божьим предписанием, он следует за Шах Шуджоъом: «Если человек своими глазами посмотрит на людей, то будет враждовать с ними. А если посмотрит Божьими глазами на них, то простит их, и не будет заняться ими» Одоб ал-муридин. - С. 110. Шах Шуджаъ Кирмони (Абулфаворис) был из числа царевичей. Имел беседу с Абутуробом Нахшаби и имел связь с Яхья ибн Маоз, Абухафсом Нишопури и Абуусманом Њири. О нем рассказано во многих исторических книгах по суфизму. (См.: Тарджумаи рисолаи Ќушайрия. С. 54., Кашф ал-маджуб. С. 167., Шадд ал-изор. С. 334., Њошият ал-Лумаъ фи тасаввуф. С. 238., Тазкират ал-авлиё. С. 377-381).. Для этики языка он предусматривает упоминание Бога, хороший отзыв от других, отдаленность от небранных слов. Для взора он считает нужным приемлемый и чистый взгляд без дурных помыслов. Для сердца Наджибуддин останавливается более подробно и утверждает, что нужно сначала очистить сердце от грязи и дурных намерений и помыслов. В сердце не должно быть места для алчности, зависти и мести относительно кого-то или чего-то. А сердце надо восполнить любовью к Создателю и созданным. Для рук Наджибуддин определяет две категории этики: первое - щедрость в дарованиях блага другим и второе - немощность в грехах. Этика ног заключается в стремлении исправления страсти и хождение по земле покорно, а не с упрямством, прихотью и высокомерием. См.: Одоб ал-муридин. - С. 111-112.
Наджибуддин обращает внимание путников на так называемую духовную пищу-пищу для сердца. Этой пищей он считает беседу с людьми близкими друг к другу сердцем и с душевным согласием между собой. Примером для него служит внутреннее согласие и братство между сподвижниками Пророка. Другим благим суфийским нравом Наджибуддин считает открытость сердца. Он считает, что в лексиконе суфиев нет таких слов как «это моё, а то твоё», и это качество он относит к «Нравам простолюдинов». В подтверждение своей мысли он приводит пример из наставлений великих шейхов суфизма. В частности: «Ибрагим ибн Шайбон говорит: мы не беседовали (дружили) с тем, кто говорил «в исключение меня».
Останавливая на социальном поведении своих последователей, он подчеркивает, что они не должны упрямствовать, спорить и враждовать между собой. Насмешка над собой и другими, сплетни и надругательства чужды гностикам. Потому что они признают старшего как отца, младшего как дитя своего, а сверстников как братьев. Следовательно, в подобных «семейных отношениях» не остаётся места для ссор и вражды. Там же. - С. 114-115. Одним из серёзных наставлений Наджибуддина является избирательный подход к дружбе, товариществу и выбору собеседника, где придерживается позиций плюрализма и толерантности. Он утверждает, что лучше в этом плане ссылаться на разум собеседника, нежели на его веру. Его социальная позиция трансформирует его религиозную позицию и его отношение к рациональному, таким образом, он утверждает, что вера является индивидуальным отношением человека с Богом, а разум регулирует отношение человека в обществе. В индивидуальном поведении и отношении Наджибуддин советует дружить с тем, кто предпочитает счастье загробной жизни и больше привязан к нему, нежели к тому, кто предпочитает мирскую жизнь и его быстротечные блага. И в этом вопросе он полагается на Коран. Коран. Звезда, 29., Пещера, 28.
Воздержание от выискивания недостатков и обвинения других Наджибуддин считает этическим качеством и чертой нрава арифа, он поощряет такие качества как великодушие и щедрость. Уважение и признательность к собеседнику, и взаимозависимость этих качеств с величием личности является, по мнению Наджибуддина, приоритетным направлением в воспитании путника. Излагая свои мысли по этому поводу он пишет: «Благородство (бузургвори) заключается в трёх вещах: дань уважения наставникам, учтивость с жёнами и сдерживание страсти в покорности». Можно найти кульминацию человеческого нрава в таких наставлениях: «Собеседники бывают трёх видов: 1) Собеседник, от которого есть польза для тебя, держи его при себе. 2) Собеседник которому достаётся польза от тебя, уважай его. 3) Собеседник от которого нет пользы ни тебе и ни ему, избегай его».