2. Практика социального контроля
2.1. Механизм социального контроля в системе потестарного типа (на при мере Российской Федерации)
контроль правовой социальный
Рассмотрев в прошлой главе теорию социального контроля, мы непосредственно можем перейти к его практике. В данном параграфе будет рассмотрено, как реализуются нормы, которое можно отнести к контролю в социальной жизни, что они собой представляют и какое влияние оказывают на общество и его институты.
Для этого мной будут проанализированы некоторые нормативные акты Российской Федерации, но перед тем, как перейти к этому анализу, необходимо обозначить, что такое механизм социального контроля.
Механизм социального контроля - это процесс, регулирующий социальные отношения внутри сообществ и наказывающий за девиацию.
То есть если проводить различия между социальным контролем и его механизмом, то можно выделить два основных:
- Социальный контроль шире механизма;
Социальный контроль есть свойство (реакция «на»), механизм есть процесс (осуществление «из-за»).
Механизм социального контроля так же будет отличаться в зависимости от системы в которой он существует и культуры, на которой он основан.
В потестарной системе, механизм преимущественно означает только тот процесс, который признается государством и используется им для агрессивного насилия.
Механизм социального контроля протекает по разному. В данном параграфе я провожу водораздел по типовому признаку.
Таким образом, мной будет рассмотрен механизм институционального контроля и механизм неинституционального контроля. Институциональный, в свою очередь, будет разделен на подтипы, а именно: политический, административный и судебный, то есть мной будут исследованы в основном публично-властные институты.
Перед тем как перейти к исследованию, я бы еще хотел отметить три основных метода механизма социального контроля, которые к тому же будут использоваться здесь, как критерии, показывающие путь процесса.
Я буду использовать три основных метода:
- информационный;
- профилактический (условное название);
- репрессивный.
Итак, я хотел бы начать с институционального контроля и его подтипов.
Институциональный социальный контроль - (см. выше).
Далее я буду давать общее обыденно-теоретическое определение типа контроля, а потом так как данная глава носит практический характер, буду объяснять, что это значит, по сути.
Политический социальный контроль - это контроль, что осуществляется теми органами и лицами, которые реализуют полномочия верховной власти. В зависимости от политико-государственного устройства это - парламент, региональные и местные выборные органы. Политический контроль могут в определенной мере осуществлять получившие поддержку большинства народа политические партии, особенно представленные в органах власти.
Политический социальный контроль в потестарной системе по сути - это ограничение сообществ, которые вносятся властью.
Информационный метод политического социального контроля есть фикция, которая говорит о том, что политическая сфера и ее представители (вожди, президенты и т.д.) являются лишь «народными избранниками, которые осуществляют волю народа, который выступает источником суверенитета».
На самом деле это не так, политическая сфера, а в особенности лица или лицо, которое ее возглавляет, является единственным источником власти, которая может осуществлять любую форму контроля. Глава государства, таким образом способен контролировать всех и делать это как при помощи правоприменительных, так и правоустановительных актов (слово право используется здесь, так как это официальное название в РФ, на самом же деле никакого права здесь нет, а есть только силовой принцип). В Российской Федерации установлено неприемлемое для любой демократии указное право президента, что в переводе означает, возможность контролировать (то есть ограничивать) не только частные сообщества, но и другие государственные сообщества. То есть политический контроль здесь приобретает архи-олигархический характер, когда один может устанавливать социальные нормы для всех.
На тезис «что в иерархии нормативных актов в Российской Федерации, указы президента стоят ниже законов», я отвечу, что формальность в данном случае не важна, так как на практике и силу самого духа Российской Конституции ограничивать президента чем бы то ни было просто не возможно.
Так же это подтверждает то, что согласно Российской Конституции, президент не относится ни к одной ветви власти, а как бы стоит выше них. Формулировка же, что президент является «гарантом Конституции» попросту глупая, так как она ничего не объясняет и может содержать в себе все, что угодно. Достаточно забавным является то, что Российская Конституция во многом калькирует положения Основного Закона Российской Империи 1905 г., только слово «царь» меняется на «президент».
Все это активно прикрывается законами, которые хотя и находятся в открытом доступе и формально предоставляют информацию, на самом деле являются малопонятными и плохо написанными. Информационный метод же здесь заключается в том, что информация якобы доступна, а значит, изучив ее, человек способен соблюдать те социальные нормы, которые они устанавливают, однако изучить и знать является невозможным в силу их непонятности, обширности, противоречивости и постоянного отсылочного характера.
К счастью здесь работает старый принцип: «Суровость Российских законов компенсируется необязательностью их исполнения». О том, как это выглядит на практике, я расскажу чуть позже.
Итак, резюмируя вышесказанное, я могу заявить, что информационный метод политического контроля это фикция, однако фикция, которая стремится себя оправдать и требует того, что бы ее слушали.
Про профилактический метод здесь мне нечего сказать, так как он есть только на словах.
Репрессивный метод представляет собой наказание за отклонение от политических стандартов, причем данный вид контроля часто нарушает принцип законности, который политическая власть формально ставит во главе свой деятельности, как правило, которым должно быть пронизаны все отношения в сообществах. Причем достаточно не логичным еще является и то, что принципы, на которых должен быть построен закон закрепляются в этом самом законе. Это не логично по двум причинам:
-Во-первых, это выглядит так, как если бы фундамент на котором должно стоять здание, был бы втиснут внутрь этого самого здания.
-Во-вторых, закрепляя принцип в законе, никто при этом не объясняет, что означает этот принцип, а значит каждый может трактовать его как угодно, но при этом, трактование которое дается большинством сообществ, как правило, не котируется и признается только та трактовка, которая была сделана самими акторами государственной власти.
Итак, в заключение могу заметить, что политический контроль есть высший и обладающий главной силой контроль в потестарном государстве, который в свою пользу может спокойно нарушать закон, который он, однако обязывает соблюдать для всех остальных.
То есть политический контроль в Российской федерации есть олигархический контроль, то есть власть меньшинства.
Можно привести следующие примеры.
Согласно Конституции РФ в стране запрещена любая цензура и все ее формы (части 4 и 5 ст. 29 Конституции Российской Федерации), однако это правило часто нарушается, если, по мнению верховной, власти цензурируемые произведения искусства являются «ненормальными» для сообществ внутри государства. Очень часто это касается тех произведений, которые вносят иной взгляд на вещи, которые считаются аксиомой. Например, Великая Отечественная Война.
Так в 2018 году по причинам исключительно политической цезуры к показу в кинотеатрах были запрещены такие фильмы, как «Смерть Сталина» и «Праздник». Это мотивируется тем, что «априори нельзя смеяться над ВОВ», а по сути, является лишь агрессивным насилием, проявляющимся в форме цензуры, которая ограничивает частный бизнес (кинотеатры) и решает, что именно можно смотреть сообществам, а что нельзя. При этом государству очень часто помогают не государственный но около государственные пропагандистские институты.
Другой пример носит зеркальный характер и касается все той же Великой Отечественной Войны. Так согласно Российскому кодексу об административных правонарушениям георгиевскую ленточку, могут носить только люди, что были награждены Орденом Победы, однако этот закон прекрасно нарушается и даже более, его нарушение выступает своеобразной заслугой, так как тот кто носит георгиевскую ленточку по мнению государства, является глубоко нормальным с их точки зрения.
Таким на практике является политический социальный контроль в России.
Административный социальный контроль - это контроль, что осуществляется «всеми ветвями власти». Как правило, реализуется контроль вышестоящих должностных лиц за действиями подчиненных, создаются инспекционные и надзорные органы, которые анализируют выполнение законов, нормативных актов, управленческих решений, изучают эффективность и качество административной деятельности.
Административный социальный контроль в системе потестарного типа по сути - это наказание за публичное нарушение норм.
Наиболее остро институциональный контроль государственных органов за сообществами реализуется именно здесь.
Информационный метод здесь достаточно прост по государственной логике, но крайне затруднителен для негосударственных сообществ. Информирование заключается в том, что все иерархические правила написаны в нормах, однако что бы соблюдать эти правила человеку нужно найти их, что крайне сложно из-за их объема, прочитать их, понять их, что еще сложнее, так как они часто весьма не лаконичны. Применяют же эти меры на практике распространенные сети государственных исполнителей, таких как полиция, судебные приставы и т.д. Их деятельность в потестарном государстве скорее мешает и ограничивает права остальных сообществ, чем помогает, а вся их деятельность строится на трех основных действиях.
-Во-первых, надзор друг над другом
Создаются одни органы, что бы следить за другими, потом третьи что бы следить за четвертыми и так до бесконечности (а точнее до кризиса и взрыва информационных барьеров). Этот формализм и бюрократия существенно замедляют их основную работу, заключающуюся в поддержании «правопорядка». Причем в Российской Федерации существует орган прокуратуры, который обладает практически безграничной властью в области надзора и при этом формально не относится ни к одной из ветвей власти.
-Во-вторых, это нарушение прав граждан в угоду государства, но об этом я расскажу чуть позже.
-В-третьих, это легистика.
На специализированное изучение права претендует наука, безосновательно называющая себя «юриспруденцией», ограничивающаяся изучением законов, причем, как правило, - некритическим анализом законов, а поэтому заслуживающая название не «юриспруденция», а «легистика». Легистика сформировалась в потестарной парадигме осмысления социальных явлений, и «собственно юридическим» в легистике называется нечто «верховно-властно установленное», предписанное «компетентным начальством».
Изучением реальности в сфере права занимается, в основном, наука, которая действительно заслуживает названия «юриспруденция», а именно: социология, социология права как отраслевая социологическая наука. Но в околонаучном сознании создается впечатление, что она изучает «что-то социальное», а не «собственно юридическое». И наоборот, легистика претендует на знание некой якобы юридической истины, отличной от того, чем занимается социология. Далее, оставаясь в той же потестарной парадигме, что и легистика, социология, определяющая «правовое» качество по признаку принудительности, оказывается неспособной различать правовые и неправовые социальные явления, что признают и сами социологи.
Таким образом, информационный метод административного социального контроля заключается в том, что вся его суть сводится к одной лишь легистике, то есть к тексту облаченного в форму.
Это не имеет никакого отношения к юриспруденции, однако все российские легисты именуют себя Юристами.
В информационном методе все же есть один плюс, так как его исполнители часто сами не знают норм, то наиболее способные легисты и обыватели могут манипулировать этими нормами в свою пользу.
Профилактический метод административного социального контроля в потестарной системе состоит из пропаганды и предупреждений.
Пропаганда заключается в позиционировании и хорошести исполнительных органов, где их всячески популяризируют и представляют в качестве своеобразной «элиты». Пропагандируется, что служба на государство это почетно и что она имеет множество льгот. По поводу льгот это частично, правда.
Предупреждение, напротив, заключается в том, что «посредством административного контроля, всячески осуждается, контролируется и общественно очерняется девиантное поведение» (девиантное с точки зрения государства).
Профилактика, здесь формально призвана к тому, что бы предупредить преступления. Фактически же она выставляет в невыгодном свете вещи, которые могут быть естественными для сообществ, но неправильными для государства.