«Мы живем в палатках, дырявых и грязных, куда легко и беспрерывно попадает дождь, заглядывает ве тер, первые ранние снежинки... Спим мы на грубо ско
лоченных козлах, не только тюфяков, но и соломы нет,
потому ночью шинель и подстилка и одеяло. Наш ра бочий день начинается рано: в 4 часа утра нас выго няют на работу... Мы в рваных обовшивевших рубахах, многие из нас босиком, а утро холодное... Мы строили дорогу, ненавидели ее, мы работали из-под палки. Мы знали, что дорога словно нарочно придумана для изде вательства над нами. Мы ненавидели ее, и она мстила нам болотными испарениями, мошкарой, дождями, ли хорадкой. Мы не боялись труда, но труд на колесной дороге был не трудом, а пыткой, нудной, утонченной. «Колесуха» была воистине сумасшедшим домом». Такая тяжелая жизнь и непосильный труд были и на строи тельстве Амурской железной дороги. Вот что сообща ется в книге «Применение арестантского труда при строительстве Амурской железной дороги».
«Ныне на строящейся Амурской железной дороге, на которую возлагается задача высокой государствен ной важности — накрепко приковать к России ее Даль ний Восток, также привлекается арестантская рабочая сила, которой и здесь придется сослужить немалую службу государству. Их было здесь более 8 тысяч. Крупные партии арестантов можно было встретить всюду — от Сретенска до Хабаровска и Николаевска- на-Амуре. Неблагоприятные климатические и почвен ные условия крайне усложняют и без того нерадостную жизнь строителей дороги. Рядом с арестантами труди лись здесь огромные массы рабочих и крестьян, выбро шенных на рынок нищетой и безземельем. Сюда везли партии переселенцев из Смоленской, Витебской, Минской, Волынской губерний. Конечно, они и не могли мечтать о механизации труда. Ее не существовало вообще. Клин да лом, кувалда да лопата — вот и вся «меха низация». Как свидетельствуют документы, рабочий день продолжался по 10—12 часов. Работали без праздников и выходных дней. Жили в землянках, бараках, шалашах. На стройке свирепствовали болез ни, которые уносили в могилу наиболее слабых и не мощных.
Рабочие нередко бастовали. Но с бунтовщиками же стоко расправлялись.
445
И все-таки дорога строилась, и уже в 1915 году, че рез семь лет после того, как вбили первый костыль на станции Куегда, стальные пути пришли в Хабаровск.
***
Открытие Великого Сибирского пути, строитель ство которого велось сразу с запада и востока, от Челябинска и Владивостока, дало новый мощный тол чок хозяйственного и экономического развития При амурья и Приморья. В результате этого изменились и условия движения переселенцев с запада на восток.
Привлекая рабочие руки в Сибирь и на Дальний Вос ток для строительства железной дороги, царское прави тельство предприняло ряд мер, поощрявших переселе ние. Крестьянским ходокам представлялась возмож ность выбирать отводимые для переселенцев земельные участки, для переселенцев были введены льготные же лезнодорожные тарифы, переселенцы освобождались на несколько лет от всяких налогов и податей.
Сооружение дороги безусловно увеличило приток переселенцев на Дальний Восток. Строительство осуще ствлялось невиданно высокими темпами и требовало огромного количества рабочей силы. И проблема эта, как отмечается в третьем томе «Истории Сибири», ре шалась типичным для капитализма путем: безработи ца, нужда, аграрное перенаселение в Европейской Рос сии создавали постоянную резервную армию труда, за счет которой и шло непрерывное пополнение рабочей силы на Востоке. Сквозное движение с запада на вос ток было открыто с окончанием строительства моста через Амур в 1916 году. Строителям пришлось вести дорогу и через зону вечной мерзлоты, и через горные хребты. И так по всей России, протянувшейся почти на две тысячи километров. История не сохранила нам име на рабочих, безвестных русских умельцев, проложив ших этот многоверстный железнодорожный путь к океану с уникальным мостовым переходом через Амур. Их имена не сохранила официальная царская печать. Зато газеты в связи с открытием сквозного движения по Великому Сибирскому пути много славословили о за слугах его величества императора Николая, амурско го генерал-губернатора Корфа и других сановников. Истинные же герои, рабочие руки страны остались за бытыми в этот торжественный момент. А кому, как не
446
им, рабочим русским мужикам, надо воздавать славу и почести? Это они на своих плечах вынесли все тяготы строительства.
Крупнейший мостовой переход через Амур — это «амурское чудо», как назвали его в русской и иностран ной печати, проектировал Лавр Дмитриевич Проскуря ков. Он, будучи профессором Московского инженерного училища, проектировал мосты через Неву, Западный Буг, Енисей, Зею. За проект моста через Енисей Прос куряков был удостоен в 1900 году на выставке в Па риже Золотой медали. Одной из самых крупных его работ был мост через Амур, с которой он блестяще справился.
Побывавший на Амуре в период строительства до роги известный норвежский путешественник Фритьоф Нансен высоко отзывался о мастерстве инженеров, ра- бочих-строителей. Позже в своей книге «В страну бу дущего» он писал о своих впечатлениях:
«...В этих диких, пустынных местах не существовало никаких путей сообщения и приходилось начинать с проложения проезжих дорог, чтобы обеспечить подвоз строительных материалов и рабочих, а также продо вольствия для последних. И все это надо было везти издалека. Вдобавок большие затруднения ставила са ма природа».
В своей книге он приводит довольно любопытные данные. Оказывается, только за последние годы (1910—1913) на Восток перевезено было 130 тысяч русских рабочих, в Приамурье в одном 1912 году пере правилось 80 тысяч рабочих.
«Многие рабочие не возвращаются назад в Рос сию,— делает Нансен заключение в книге, — но получа ют здесь землю и остаются на Востоке в качестве пе реселенцев. По официальным сведениям, 20 процентов рабочих привозят с собой семьи и образуют в этих необитаемых землях новые поселения.» Действительно, строительство железной дороги вызвало к жизни но вые поселки и города на хабаровской земле. Именно в это время вдоль строящейся дороги были заложены ожерелья станций и поселков, некоторые из них впо следствии стали городами.
У Хинганских гор строители Амурской железной до роги основали Облучье. Южнее его возникла станция Тихонькая. На месте мало кому тогда известного селе-
447
ния в наше, советское время вырос большой город Би робиджан — центр Еврейской автономной области. Дальше за Тихонькой возникли станции Ин, Волочаевка, ставшие в годы гражданской войны центрами пар тизанского движения и плацдармами решающих боев с интервентами и белогвардейцами. Железная дорога да ла вторую жизнь Хабаровску, связав его с центром страны и тихоокеанской окраиной.
Южнее Хабаровска первостроители заложили стан ции Верино, Вяземскую, Бикин. Вяземская была одной из крупных по тому времени станций. В ней проживало около тысячи человек. Основанный в 1899 году поселок вскоре стал центром волости, которая объединяла около двух десятков казачьих и приграничных поселков. На самой станции было паровозное депо и малые мастер ские.
Таким же выглядел в то время и Бикин, который в наши дни стал большим городом.
Когда мы сегодня говорим о славных делах нынеш него поколения, возводящего в таежных дебрях новые города, поселки, строящего новые заводы, фабрики, электростанции, рудники, леспромхозы, то никак не мо жем обойти молчанием подвиг предшествующих поко лений по преобразованию нашей дальневосточной зем ли. Им было намного труднее, намного сложнее, но они шли вперед, множа славу нашей Родины.
Первопроходчество и свободомыслие неотделимы друг от друга. Эти два понятия завязаны крепким уз лом. Ермак перешел Уральский хребет и открыл си бирские просторы для русского человека не только потому, что был отважен и силен, он прежде всего лю бил свободу, он рвался к ней, жил и боролся ради нее. И ради нее пошел на Восток, и ради этой свободы поплатился своей жизнью. Все патриотические действия и устремления последователей Ермака по изучению восточных пределов всегда горячо воспринимались пе редовыми людьми страны. Народное движение «встречь солнца» получило самую благожелательную оценку великих революционеров-демократов В. Г. Белинского, А. И. Герцена, Н. А. Добролюбова. Как истинные демо краты, они отстаивали принципы добровольности при переселении в Сибирь и на Дальний Восток, исклю чающей всякое насилие над личностью переселенцев. Они глубоко были убеждены в том, что только героизм
448
и мужество русского мужика открыли для России этот отдаленный край нашей Отчизны.
Известно, что огромный след в истории освоения восточных пределов Родины оставили декабристы. Некоторые из них были до восстания на Сенатской площади непосредственными участниками экспедиций по открытию восточных земель. Показательна в этом отношении судьба неустрашимого флотского офицера, декабриста Константина Петровича Торсона. В 1819 го ду он был зачислен в состав русской экспедиции капи тана Ф. Ф. Беллинсгаузена. За год до восстания К. П. Торсон собирался принять участие в экспедиции на Северный полюс вместе с декабристом Михаилом Бестужевым. Но памятный 1825 год позвал их на Се натскую площадь. Как и Торсон, участниками круго светных путешествий были декабристы Д. Завалишин и М. Кюхельбекер.
Ссыльные декабристы активно поддерживали гене рал-губернатора Восточной Сибири Н. Н. Муравьева в его мероприятиях по освоению Приамурья. Некоторые из них активно участвовали в этом патриотическом деле.
В конце прошлого и начале нашего века известное воздействие на патриотическое движение русского народа по освоению дальневосточных окраин оказали революционеры, представители ленинской гвардии И. В. Бабушкин, В. К. Курчатовский, отбывавшие ка торгу в Сибири и на Дальнем Востоке.
В. И. Ленин, глубоко интересовавшийся экономикой и историей Сибири и Дальнего Востока, дал в своих ра ботах глубокую и принципиальную оценку деятельно сти царской администрации в освоении Дальнего Восто ка. Он считал, что колонизационный вопрос в России есть подчиненный вопрос по отношению к аграрному вопросу в центре страны. Он писал: «Конец XIX века ставит перед нами альтернативу: либо решительная ликвидация крепостничества в «исконных» русских гу берниях: тогда бы второе, широкое американское раз витие обеспечено. Либо затяжка аграрного вопроса в центре: тогда неизбежна долгая задержка в развитии про изводительных сил, сохранение крепостнических традиций в колонизационном деле». Великий Октябрь положил конец капиталистическому строю России со всеми его крепостническими порядками.
15 Хрестоматия по истории ДВ |
449 |