Верхний слой автор именует правящим, он выступает главным субъектом реформ. К нему относятся элитные группы, которые занимают главные позиции в государственном управлении, в социальных и экономических структурах. Этот слой характеризуется фактом нахождения у власти и возможностью оказывать влияние на процессы изменения.
Второй слой назван автором средним, однако большинство его представителей не обладают ни обеспечивающим личную независимость капиталом, ни уровнем профессионализма, отвечающим требованиям постиндустриального общества, ни высоким социальным престижем, как в западных обществах. Этот слой маленькую численность. Средний слой может сформироваться полностью только на основе социальных групп (мелкие предприниматели, менеджеры небольших предприятий, старшие офицеры, специалисты и т.д.). Этот слой на данный момент является социальной опорой и главной движущей силой реформ, которые реализуются его же усилиями. Впрочем, этот фактор остаётся одинаковым как в российском обществе, так и западных обществах.
Базовый слой является самым объёмным. По охвату он занимает около двух третей всего российского общества. Представители этого слоя имеют средний уровень профессионального потенциала и ограниченный трудовой потенциал. К базовому слою относятся специалисты, помощники специалистов, рабочие массовых профессий, связанных с торговлей и сервисом, а так же большая часть крестьянства.
По словам Заславской, роль этих групп в трансформационном процессе сходна. Это заключается в приспособлении к изменяющимся условиям жизни с целью выжить и сохранить социальный статус, поставить на ноги детей и т.д.
Отсутствие возможности в реализации этих жизненно важных ценностей подталкивает представителей базового слоя на выражение протеста, включая и особо острые формы, что и объясняет функциональную необходимость равенства. Речь идёт об уравнительной и стабилизирующей функции социального равенства.
Низший слой не выступает участником инноваций, а всего лишь является жертвой. Этот слой характеризуется низким деятельностным потенциалом и неспособностью адаптироваться жёстким условиям переходного периода. Низший слой составляют пожилые, малообразованные, не здоровые и не сильные индивиды; не заработавшие достаточную пенсию; люди, не имеющие профессии; безработные, беженцы, мигранты и т.д.
Вот мы и добрались до последнего слоя - «социального дна». Характеризуется он изолированностью от институтов общества, включенностью в различные криминальные институты87. Представителями данного слоя являются наркоманы, бандиты, убийцы, воры или жулики, алкоголики, бомжи и т.д. Этот слой достаточно тесно держится рядом с низшим слоем. Разница между ними заключается в рассмотрении себя как членов общества или же андеркласса (пьяницы, наркоманы и т.д.).
Представленные слои общества обладают разной степенью включения в формирование новых социальных институтов, разной степенью участия в их укреплении, адаптации к изменяющейся реальности и в сохранении социального статуса. Этот принцип объясняет функциональную необходимость равенства в динамике и структуре современного российского общества. Слои слишком разнообразны и отличаются друг от друга различными факторами, исходя из этого и вырастают различные виды неравенств между слоями. Социальное равенство в этом контексте необходимо для уравновешивания и стабилизации положения людей в обществе. Ведь социальные противоречия и возмущения могут привести к острым проблемам, социальной напряжённости, конфликтам и даже революциям. В западной практике инструментом стабилизации и уравнивания интересов общественных групп и выступает «новый средний класс». Как уже говорилось выше, одним из рычагов регулирования неравенства является богемная буржуазия и креативный класс в Америки. Индивиды, принадлежащие к этому классу не просто поднялись с рядовых позиций, и стали зарабатывать больше, они смогли преодолеть неравенство и реализовать свой творческий и интеллектуальный потенциал. В российской практике дело обстоит немного иначе. Стабилизатором общества выступает средний слой, но он имеет маленькую численность. Уровень благосостояния этого слоя ниже, чем у верхнего примерно в 2,5- 3 раза, но выше, чем у базового. И большинство из представителей среднего слоя живут на уровне хотя бы относительного достатка. С появлением в России креативного класса степень материального, имущественного и других видов неравенств снизится. Индивиды из низших слоёв начнут перекачивать в средний слой, что в определённой степени повысит экономику страны. Верхний слой образован собственниками частных предприятий, рост его доходов концентрирует в его руках большую долю общественного богатства. Можно выделить критерий сравнения низшего и базового слоя, а именно: экономическое положение в обществе. Если это состояние у базового слоя тяжёлое, то у низшего слоя экономическое положение совсем критическое.
Наиболее болезненным элементом социальной стратификации изменяющегося российского общества выступает имущественное неравенство групп населения. Здесь стоит обратить внимание на дифференциацию реальных доходов. Она отражает влияние широкого круга социальных, экономических и различных демографических факторов. Из-за этого имущественное неравенство перетекает в тендерное, отраслевое, профессиональное, возрастное, управленческое и т.д. Уровень доходов влияет на такие уровни социального статуса, как качественное образование для детей, возможность заниматься бизнесом, продвижение по службе и другие. Заславская пишет, что в силу этого дифференциация доходов является основой социальной стратификации современного российского общества.
Отметим и то, что основная часть потребления верхнего слоя осуществлялась через бесплатное обеспечение благами, скрытыми льготами и различными привилегиями. Маскировалось это предоставлением гражданам бесплатных услуг, образования, недорогого жилья, путёвок в домах отдыха и т.д. Создавалась видимость справедливого распределения доходов.
С развитием рыночных отношений доля натуральных доходов снизилась, а потребность в денежных средствах для поддержания уровня жизни выросла. Потребительский рынок наполнился импортными товарами, которые можно было приобрести исключительно за деньги.
В настоящее время снижение уровня жизни вынуждает значительную часть населения ограничивать своё потребление: покупка дорогих продуктов питания и одежды, туристических поездок, лечение в санаториях и т.д. Из-за привыкания людей к ухудшающимся условиям жизни, представления о достаточном уровне дохода снижаются.
Отметим такой факт: когда обеспеченные люди попадают в нижние слои, они сохраняют высокие притязания. Однако бедняки, которые разбогатели, сохраняют свои умеренные запросы к доходом. Возможно, дело обстоит в привычке, которую они выработали на протяжении определённого периода жизни на другом уровне.
Рассмотренная нами выше концепция Т.И. Заславской говорит о глубине и противоречивости переживаемого российским обществом трансформационного процесса, модернизация сочетается здесь с регрессом.
Долг науки заключается в том, чтобы объективно оценить социальные и экономические результаты трансформационного процесса российского общества, оценить его динамику, степень соответствия интересам общественных групп, пути и возможности их адаптации в рыночных условиях. Если учёные реализуют это на практике и в теории, то, возможно, у них получится выработать стратегию выведения России из кризиса.
Проблема неравенств в российском обществе.
Мареева С.В. и Тихонова Н.Е. в работе «Бедность и социальные неравенства в России в общественном сознании» пишут, что в современном российском обществе каналы социальной мобильности закрываются, повышая уровень недовольств и неравенства. Фиксируется направление развития общества, которое ориентировано на укрепление положения благополучных слоёв населения, что в свою очередь закрывает социальные лифты для оставшегося населения.
В 2015 году более половины населения российского общества отметили улучшение уровня жизни в «путинскую эпоху», но только 13% населения полагают, что это затронуло большинство население. По мнению россиян улучшение ключевых сфер жизни общества затронуло лишь немногую часть.
По мнению населения, в тройке лидеров, которые позволяют добиться жизненного благополучия, оказываются упорный труд, образование и наличие нужных знакомств.
Хотя у 44% населения в 2015 году вообще не оказалось в окружении богатых людей, по оценке остальных наблюдаются заметные расхождения. В связи с этим говорить об общественном согласии по поводу материального благополучия не приходится.
По мнению авторов, в большей степени граждан России волнуют закрытие каналов социальной мобильности, отсутствие работающих институтов для решения ими проблем за счет личной активности, снижение роли собственных усилий человека в достижении благополучного социального положения на фоне усиливающейся роли случайных факторов. Подобная ситуация кажется им несправедливой. На данный момент формируется запрос на селения е социальной политике, направленный на расширение возможностей преодоления неравенства за счёт повышения личной активности индивидов.
В отношении признания естественности справедливости неравенства между различными группами населения наблюдаются качественные различия, но в абсолютном выражении они не очень велики. Среди бедного населения с этим согласно 39%, среди населения с высокими доходами 54%.
У бедного населения, по мнению авторов, ярко выражен запрос к правительству на сокращение избыточных неравенств. 72 % полагают, что оно должно уменьшать разницу в доходах населения. Индивиды с высоким доходом присоединяются к бедному населению в качестве 29 % (при 65% среди населения в целом). У этой группы населения возникают опасению по поводу того, что их доходы сократятся. Если брать во внимание данные международных сравнительных исследований, ни о какой тяге российского общества к уравнительности говорить не приходится.
Исходя из этих данных можно сделать вывод о том, что, хотя бедняки остро страдают от неравенств по доходу, но даже они допускают существование неравенств, которые основаны на легитимных основаниях. Тут бросаются в глаза такие показатели: эффективная работа (с этим основанием неравенства по доходу согласны 64% бедных) и более высокий уровень образования (53%), но только в условиях, когда у всех есть равные возможности доступа к хорошим рабочим местам, а также возможность заработать как таковая (55%).
Неравенство в доходах, по мнению россиян, на данный момент слишком глубоко, а основания главных социальных неравенств не являются легитимными.
Запрос населения к социальной и экономической политике государства подразумевает формирование институциональных условий, создающих легитимные пути для самостоятельного улучшения людьми положения, способствование сокращению потенциальных зон расширения бедности, ликвидацию структурных причин бедности и выравнивание стартовых условий различных групп.
Специалисты рекомендуют государству в качестве первоочередных мер повысить ряд базовых показателей: МРОТ и величину прожиточного минимума, увеличить социальные пособия и пенсии.
Вкладывая средства в социальную политику, государство осуществляет долгосрочное инвестирования, что приведёт к получению дохода в качестве человеческого капитала последующих поколений. В этом смысле социальную политику государства можно будет расценить как в качестве фактора экономического роста. Государственные инвестиции в социальную сферу и сглаживание неравенства можно будет расценить как косвенные инвестиции в экономическое развитие России.
Как в западных обществах, так и в российском обществе преодоление неравенств и справедливое распределение благ стоит на повестке дня и требуют немедленного реагирования и решения, так как становится очевидным, что человеческий ресурс выступает главным национальным достоянием и конкурентным преимуществом в современной глобальной системе.
2.2
Условия неравенства и механизмы сближения как факторы модернизации современной
России
Главная опасность для модернизации заключается в возможности так и остаться «демоверсией» в связи с непониманием методологии сложного социального процесса, что может привести к уничтожению самого термина и превращении модернизации в своё отрицание. Но если рассматривать положение модернизации в современном российском обществе, то она вполне может стать прорывом в достижении новых вершин развития.
Сама по себе модернизация представляется очень сложным процессом, а социальная модернизация ещё более сложным. Проблемы модернизации имеют связь с обеспечением единства изменяющегося российского общества, поэтому и лежат в идеологии и требуют стратегических формулировок.
К характеристикам модернизации относится её попытка догнать страны, которые ушли вперёд. Ещё оной характеристикой выступает вынужденная мера на вызовы, которые возникли на пути внедрения инноваций.
Модернизация - это переход от традиционного общества к современному обществу. Первое воспроизводит себя на основе традиций, допускает инвестиции только до той поры, пока не происходит нарушения традиций. Современное общество же воспроизводится на основе инноваций, а традиции допускает до тех пор, пока они не приносят вред инновациям.
Ключевая проблема современной модернизации состоит в размытости её идеологии. На данный момент происходит попытки модернизации ресурсной модели социальной и экономической сфер, которые не предполагают трансформацию ориентиров и ценностей. Этот тип модернизации постоянно будет догоняющим с перспективой стать отстающим.
В 1961 году американский социолог Карл Дойч в работе "Политика и государство. Как люди решают свою судьбу" изложил главную аксиому модернизации, которая звучит так: критические изменения являются изменениями ценностей, а не структуры экономики в целом.
Для большинства населения российского общества в последние годы главным ориентиром выступает потребление, а не творческий и производительный инновационный труд, как в креативном классе Флориды и богемной буржуазии Брукса. Идеология потребления в обществе поддерживается средствами массовой информации и интернетом.
М. Шугуров в работе «Новая идентичность: Человек и власть в пространстве посткнижной культуры» утверждает, что на данный момент возникает новейшая структура социокультурной памяти или системы фильтрации того, что необходимо для воспроизводства жизнедеятельности на уровне индивидуальности, но никак не личности. Средства массовой информации порождают условно- игровую среду, в которой поступки и мысли с переизбытком образуют неустойчивое единство. Автор утверждает, что это всего лишь первое условие неравенства.
Второе условие заключается в недостатке равных стартовых возможностей, наличии большого количества «ловушек бедности» и отсутствии социальных лифтов, препятствующих смешиванию социальных групп и росту вертикальной мобильности, приводящих к сужению социальных возможностей гражданина.
Различия в социальных и психологических установках в социальных группах приводит к нестабильности ивнутренней напряженности, являясь тормозом для социального и экономического развития изменяющегося российского общества.
К третьему условию неравенства относится трансформация качественных характеристик нового среднего класса, выступающим главным транслятором инноваций и главным субъектом.
Социологические исследования Независимого института социальной политики утверждают о том, что по качеству новый средний класс за последние десятилетия изменился. Новый средний класс привык к социальной стабильности. Желание взять на себя всю ответственность и рискнуть ушло на задний план. По мнению экспертов, в изменяющемся российском обществе только 10-15 % бизнесменов уделяют должное внимание вопросам, связанным с модернизацией, остальные же ждут роста цен на сырьё.
Не будем забывать и о других ограничителях модернизации:
- экономических (спад в отраслях производства, связанных с наукой, регресс основных фондов, износ которых не восполняется новыми вложениями капитала);
- социальных (этнические и политические конфликты, криминализация, локальные войны, и т.д.);
- экологических.
К сожалению, Россия превратилась в страну всеобщего риска, потому что любая деятельность сопровождается опасностью и рисками (скрытыми или явными, трансформированными или отложенными), которые являются серьёзными ограничителями для модернизации.
К чему это приводит: высокий уровень смертности в трудоспособном возрасте, снижение гражданского и интеллектуального потенциала России, коррупционность бюрократического аппарата, криминогенный бизнес, но самое главное здесь кроется в формировании страха и атмосферы неопределенности, потому что никто не может знать, когда разобьется самолет, подорвётся аэропорт, упадет крыша крупного торгового центра и т.д. А также: резкий рост недовольства самых разных групп населения в последнее время, немотивированная жестокость в обществе (школа, армия, семья, места заключения, автомагистрали, больницы), самосуды.
По данным экспертов Института социологии РАН, 34 % российских граждан регулярно испытывают желание «перестрелять всех взяточников и спекулянтов», 38 % респондентов признаются, что иногда ловят себя на желании расправы над чиновниками и коррупционерами.