Материал: zaslavskiy_s_e_politicheskie_partii_rossii_problemy_pravovoy

значительной численности политической партии, ограничиваясь лишь соблюдением требуемого законом минимального условия – наличия региональных отделений более чем в половине субъектов Российской Федерации. Так, зарегистрированная Партия конституционных демократов Российской Федерации насчитывала на момент регистрации 660 членов, Российская социально-либеральная партия – 348, Партия экономической свободы – 662, Партия большинства – 752, Партия сторонников снижения налогов – 200 членов. Увеличение удельного веса карликовых (менее 1000 членов) и малочисленных (менее 2000 членов) объединений в общей массе подлежащих регистрации политических партий наблюдалось начиная с 1992 года и достигло своего пика к лету 1995 года – периоду начала избирательной кампании по выборам депутатов Государственной Думы второго созыва.

Начиная с 1990–1991 годов параллельно с образованием партий осуществлялся процесс массового создания политических движений. То, что значительная часть новообразованных политических объединений в 1991–1993 годах создавалась в виде не партий, а движений, объяснялось рядом факторов как политического, так и правового характера.

В политическом плане создание движения в наибольшей степени отвечало задачам интеграции только успевших образоваться политических партий, лидеры которых ревниво оберегали собственную политическую нишу в формирующемся идейно-политическом спектре. Вхождение их в состав политических движений («Демократической России», Российского движения демократических реформ, «Гражданского союза»), с одной стороны, способствовало реализации стоящих перед ними общих задач, а с другой – позволяло каждому вошедшему движению сохранять свою организационную и идейную автономию. Образно говоря, политические движения 1992–1993 годов были своего рода акционерными обществами по производству политики, из которых каждый участник мог в любой момент выйти со своей долей капитала. Оборотной стороной такого положения вещей стали частые политические расколы внутри движений, приведшие в конце концов к организационному упадку большинства из них.

С правовой точки зрения предпочтительность создания политических общественных объединений в организационно-правовой форме движения была вызвана рядом положений федерального законодательства. Обладая равными с партиями правами, движения в то же время имели очевидные преимущества, облегчавшие процесс их создания и регистрации. На политические движения не распространялись ограничения и специальные требования, предусмотренные для политических партий статьями 6 и 9 Закона СССР «Об общественных объединениях» (наличие не менее 5000 членов, запрет на членство иностранных граждан и коллективное членство иных общественных объединений). Создание политического движения не требовало проведения масштабной работы в регионах по

первичной мобилизации сторонников – достаточно было лишь де-юре оформить существование региональных отделений на базе территориальных структур организаций, вошедших в состав движения. Кроме того, не имеющее членства движение могло произвольно завышать количество своих политических сторонников, причем с достоверностью опровергнуть эту информацию представляется делом практически невозможным.

На протяжении осени 1991 года – лета 1992 года российская партийная протосистема пребывала в раздробленном состоянии, наступившем вследствие утраты общей биполярной системы координат. Вместе с тем этот короткий отрезок времени, когда партии представляли собой своеобразную кантовскую «вещь в себе», был чрезвычайно важным для будущности российской многопартийности. Он ознаменован процессом идей- но-политической индивидуализации партий, их переходом от роли «групп скандирования» к роли самодостаточных, хотя и слабо связанных с иными политическими институтами объединений.

Эти изменения коснулись содержания политических платформ партий и движений. Распад СССР, начало «шоковых» реформ, стремительное расслоение социальной структуры общества и возникший раскол между двумя ветвями государственной власти вынудили политические партии скорректировать свои позиции с учетом новой общественной ситуации. На фоне стремительного падения интереса населения к политической жизни и оттока рядовых членов, жизненные интересы которых напрямую не увязаны с политикой, произошла профессионализация партийной деятельности на всех уровнях с одновременной кристаллизацией внутрипартийного управленческого звена. Образовавшийся слой профессиональных партийных менеджеров стал резервом для формирующегося российского политического класса.

К 1993 году необходимость внесения поправок, регулирующих особый статус партий и политических движений, не только назрела, но и стала очевидной как для власти, так и для представителей различных политических сил. Первоначально планировалось, что такая задача должна быть реализована через принятие отдельного закона «О политических партиях, общественных объединениях и профессиональных союзах», необходимость принятия которого была отмечена еще в постановлении первого Съезда народных депутатов РСФСР от 21 июня 1990 года «О подготовке и рассмотрении проектов законов РСФСР»13. В дальнейшем, однако, законотворческая деятельность пошла по пути разделения указанного законопроекта на три самостоятельных проекта законов, работа над которыми велась параллельно в 1991–1993 годах. Весной 1993 года профильный комитет Верховного Совета Российской Федерации подготовил проект за-

13См.: Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1990. No4. Ст.55.

кона «О политических партиях». Однако роспуск парламента в сентябре 1993 года и последовавшие трагические события привели к тому, что указанный проект так и не был рассмотрен.

2.3.Политические партии в условиях перехода к смешанной избирательной системе (1993–1995 годы)

Политический кризис 1993 года и последовавшие выборы в Федеральное Собрание резко изменили расклад сил в политическом спектре и стали катализатором образования новых политических организаций. По состоянию на начало 1993 года Минюстом России официально было зарегистрировано свыше 820 общероссийских и межрегиональных общественных объединений, из них только 25 являлись политическими партиями. К июню 1993 года число политических партий увеличилось до 35, при этом еще столько же партий существовало без регистрации14. Кроме того, несколько десятков объединений имели статус политических движений. Роспуск Съезда народных депутатов и назначение выборов послужили причиной создания ряда организаций, в том числе движения «Выбор России» и Партии российского единства и согласия.

В соответствии с Положением о выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, утвержденным Указом Президента Российской Федерации No1400, выборы депутатов Государственной Думы осуществлялись на основе мажоритарно-пропор- циональной смешанной модели, при которой 130 из 400 депутатов избирались по спискам избирательных объединений и блоков по общефедеральному округу, а 270 – по одномандатным округам на основе мажоритарной системы относительного большинства. Впоследствии численность депутатов Государственной Думы была увеличена с 400 до 450, а нормы представительства от избирательных объединений и блоков увеличены с одной трети до половины (со 130 до 225 мандатов).

С переходом к смешанной системе выборов в российское законодательство впервые было введено понятие избирательного объединения. Согласно пункту 2 статьи 5 Положения, избирательным объединением признавалась «общефедеральная партия, общефедеральное политическое движение, устав которого зарегистрирован Министерством юстиции Российской Федерации, либо блок таких общественных объединений, создаваемый на период проведения выборов». Иные избирательные объединения не обладали правом самостоятельного участия в выборах в ка-

14См.: Шутько Д.В. Становление многопартийной системы в Российской Федерации (политико-правовые вопросы) // Политические проблемы теории госу-

дарства. М., 1993. С.76.

честве избирательного объединения посредством выдвижения собственного списка кандидатов по общефедеральному округу или кандидатов в одномандатных избирательных округах15.

Вто же время общефедеральные общественные объединения, зарегистрированные в Министерстве юстиции Российской Федерации, получили возможность участия в выборах за счет вхождения в состав избирательного блока при условии, что возможность участия в выборах в федеральный законодательный орган предусмотрена в их уставах. Кроме того, неполитические общественные объединения имели возможность принять участие в выборах путем вхождения в состав общественных политических движений на правах коллективных членов. Удачным примером реализации второго варианта стало создание в октябре 1993 года рядом общественных объединений (Союз женщин России, Союз женщин ВМФ) политического движения «Женщины России». Менее удачный пример первого варианта – участие в деятельности блока «Гражданский союз во имя стабильности, справедливости, прогресса» профсоюза работников лесных отраслей промышленности. Привлечение избирательных объединений под знамена избирательных блоков с точки зрения их организаторов имело двоякий смысл: с одной стороны, такая тактика демонстрировала видимость поддержки избирательного блока широкой общественностью, а

сдругой – давала надежду, правда, чаще всего иллюзорную, на возможность привлечения дополнительных ресурсов за счет участия данных объединений в составе блока.

Впервых парламентских выборах 1993 года приняли участие 13 избирательных объединений, из них 8 преодолели пятипроцентный барьер и получили следующий процент голосов избирателей: ЛДПР – 22,92; «Выбор России» – 15,51; КПРФ – 12,4; «Женщины России» – 8,13; Аграрная партия России (АПР) – 7,99; «Яблоко» – 7,86; Партия российского единства и согласия (ПРЕС) – 6,73; Демократическая партия России (ДПР) – 5,52.

Изменение структуры и баланса полномочий высших органов государственной власти, порядка их формирования, избрание в декабре 1993 года нового состава депутатского корпуса вызвали серьезные изменения в характере взаимодействия между властвующей элитой и партиями.

Во-первых, переход от мажоритарной к смешанной избирательной системе способствовал структурированию депутатского корпуса нижней палаты Федерального Собрания по партийному признаку.

Во-вторых, декабрьские выборы 1993 года вызвали создание новых партий, которые возглавили представители управленческой элиты. С од-

15См.: Положение о выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерациив 1993 году // Собрание актов Президента и Правительства Российской Федерации. 1993. No41. Ст.3907.

ной стороны, произошла «партизация» правящей политической элиты, с другой – произошла определенная конвергенция управленческой элиты

ипартийного кокуса, ранее занимавшего маргинальные позиции в неписаной иерархии политической элиты России.

В-третьих, на парламентских выборах 1993 года впервые проявился феномен партии власти, хотя попытка ее создания в виде движения «Выбор России», как показали итоги голосования, и оказалась крайне неудачной.

В-четвертых, существенно изменились статус и политический вес парламентских фракций, которых новый Регламент Государственной Думы наделил значительными полномочиями по определению плана законопроектных работ и формированию повесток заседания палаты.

Интенсивное образование политических партий в 1994–1995 годах во многом было обусловлено краткосрочным перерывом между выборами. В течение 1994–1995 годов были созданы новые партии и политические движения, в том числе «Общее дело» (И.М.Хакамада), «Возрождение державы» (В.П.Кобелев), «Преображение Отечества» (Э.Э.Россель), Партия самоуправления трудящихся (С.Н.Федоров), Партия любителей пива (К.Э.Калачев) и др.

Наряду с политическими партиями в 1994–1995 годах интенсивно создаются политические движения, которые перестают быть организационной формой интеграции политических партий и, по существу, становятся альтернативной партии формой политического объединения с жестко централизованной системой руководящих органов, где институт членства формально отсутствует, но входящие в их состав коллективные участники фактически ассимилировались в структуре движения. В ряде из них, например в «Яблоке», процесс укрепления единых структур движения сопровождается полным отказом от института коллективного участия. Одновременно осуществляется фактический переход к фиксированному членству, что находит отражение в централизованном учете сторонников политических движений. Таким образом, в ходе трансформации политических движений возникла новая, промежуточная между партией и движением разновидность политического общественного объединения – основанная на членстве общественная организация, не имеющая статуса политической партии.

В1994–1996 годах в Государственной Думе активно разрабатывался Федеральный закон «О политических партиях». Его прохождение в Государственной Думе с самого начала было непростым, он стал своего рода рекордсменом по числу парламентских слушаний, «круглых столов» и иных публичных мероприятий, где его обсуждали. В 1994 году законопроект был отклонен в первом чтении, после чего в течение года дорабатывался для его повторного внесения. В итоговой редакции предусматривались три вида политических партий: общероссийские, межрегиональные

ирегиональные (создание местных партий не предусматривалось). Учре-