Материал: [Rupert_Kross_(Rupert_Cross)]_Precedent_v_anglysko(BookFi)

Существует различие между ratio decidendi как правовой основой решения, отвечающей собственной версии суда, и ratio decidendi как истинной правовой основой, т. е. такой, какой она будет выглядеть позднее в представлении другого суда27.

Судебные формулировки

Осталось напомнить некоторые судебные формулировки, подтверждающие наше определение ratio decidendi прецедента как нормы права, прямо или косвенно трактуемой судьей в качестве необходимого шага в достижении своего решения или как обязательную часть его указания присяжным. Из текста речи лорда Кэмпбелла по делу Beamish очевидно, что под ratio decidendi он понимает «норму пра-ва, которую члены Палаты лордов излагают в обоснование своих судебных выводов». В деле Attorney-General v. Dean and Canons of Windsor (1860) он же говорил о «норме, предлагаемой на обсуждение и действующей с целью обоснования судебного решения».

Из текста речи лорда Саймондса по делу Jacobs v. County Council (1950) явствует, что он также понимает ratio decidendi как «довод, используемый судьей для обоснования своего решения», а в деле Korner v. Witkowitzer(1950) лорд Деннинг не считал, что «одно из звеньев в цепи рассуждений», приведших к решению в прецеденте, будет правильным трактовать как простое obiter dictum. Одна из наиболее полных судебных формулировок, говорящих о значении ratio decidendi, была дана в деле Pretoria City Council v. Levison, рассматривавшемся в 1949 году в Южной Африке. После обсуждения взглядов, изложенных в статье д-ра Гудхарта по этому вопросу, апелляционный судья Шрейнер сказал:

В соответствии с тем, как я понимаю сложившийся обычай, если речь идет об отдельно взятом судебном решении, его мотивы, надлежаще интерпретированные, должны образовать ratio decidendi, создающее впервые или соблюдающее уже существующую судебную норму, при условии, что: а) они для самого решения не имеют значения субсидиарных доводов в поддержку основного принципа или принципов, б) они — не просто ход рассуждений по поводу фактов дела и в ) — может охватываться пунктом а) — они были необходимы для решения, но не в том смысле, что к нему нельзя было прийти другим путем, а в том, что этот путь для данного решения был неизбежен, и если бы не эти доводы, оно было бы другим.

.Этой цитатой следует закончить обширную тему, относящуюся к ratio decidendi прецедента.

90

7. Obiter dicta

Возможно ли, сказав, что obiter dictum представляет собою правоположение, которое не входит в состав ratio decidendi, добавить что-либо сверх сказанного? Предыдущее обсуждение ratio decidendi убеждает в необходимости отрицательно ответить на этот вопрос. Однако следует коснуться определений obiter dicta, принадлежащих профессору Паттерсону и д-ру Гудхарту, а затем рассмотреть различные виды и степени авторитетности obiter dicta.

Определение профессора Паттерсона

Согласно его определению, obiter dictum является «правовой формулировкой, изложенной в судебном мнении, которая логически не могла бы быть большой посылкой для -отобранных для решения фактов» 28.

Это определение напоминает обратный метод Уэмбо для определения ratio decidendi: будет ли решение таким же, если формулировку заменить на противоположную? Ссылка на «отобранные для решения факты» сразу же порождает трудности. Какие факты и кем должны быть отобраны? Каким бы ни был ответ, всегда можно указать на прецеденты, где dictum можно трактовать логически как большую посылку силлогизма, в котором малой посылкой являются отобранные факты, а решение — умозаключением. А если это так, то всякий метод определения, является ли данная формулировка obiter, столь же мало подходит для всеобщего применения, как и любой из рассмотренных нами методов, предлагаемых для установления ratio decidendi прецедента.

Определение д-ра Гудхарта

Та же степень достоверности заключена и в принадлежащем д-ру Гудхарту определении dictum как «умозаключения, основанного на факте, существование которого не было предметом рассмотрения суда» 29. Д-р Гудхарт имел в виду дела, подобные делу Lynn v. Bamber (1930), в котором судья Маккарди сначала установил, что сокрытие обмана, с правовой точки зрения, защищает истца.от ограничительных норм Закона о сроках давности, а потом вынес решение в пользу ответчика, поскольку его вина в сокрытии обмана не была установлена. Начальная формулировка нормы была, несомненно, obiter dictum, так как судья не мог считать ее необходимой для своего решения по делу. Однако есть разница между формулировками, ос-

91

кованными на отрицаемых фактах, и формулировками, основанными на фактах, которые не учитывались судом. Последние могут представлять собой rationes decidendi различного рода прецедентов, включая прецеденты, относящиеся к demurrer, когда задача суда состоит только в том, чтобы провозгласить права сторон, допуская существование выдвинутых истцом фактов, а также дела, по которым судья дает указания присяжным относительно вопросов права, предполагая, что они затем установят наличие или отсутствие определенных фактов.

Различные уровни авторитетности dicta

То, что dicta обладают разной степенью убедительности,— банальная истина, о .которой нет нужды распространяться. На одном конце шкалы мы имеем мнение всех членов Палаты лордов, участвующих в рассмотрении дела, на другом

— широкие обобщения, сказанные экспромтом, вроде принадлежащего лорду Абинджеру:

«Это не просто попутно сказанное, а имеющее очень широкий смысл dictum» (дело Sunboll v. Allord, 1838). На практике dicta самой большой степени убедительности часто неотличимы от высказываний, которые можно принять за ratio decidendi. Некоторые ситуации подобного рода заслуживают того, чтобы на них остановиться особо.

Вопросы, имеющие самостоятельное значение

Одна из таких ситуаций имеет место, когда тяжба между A и В касается двух вопросов права и решение по любому из этих вопросов обяжет суд вынести общее решение в пользу А. Если Апелляционный суд решает один вопрос в пользу А, а другой в пользу В, то второй вопрос будет obiter, поскольку ratio decidendi — это правоположение, которым суд обосновывает свое постановление. Правда, трудно поверить, чтобы такое решение не оказывало влияния на нижестоящие суды. Например, в деле Perry v. Kendrick's Transport (1956) перед Апелляционным судом было поставлено два вопроса: 1. Можно ли на основании правила, установленного прецедентом Rylands v. Fletcher, взыскать возмещение ущерба, причиненного телесными повреждениями? и 2. Будет ли для ответчика полезной защита, основанная на том, что ущерб причинен действием третьего лица? Ответчика вполне устраивало решение любого из вопросов в его пользу.

Суд решил первый вопрос в пользу истца, придя к вы92

Гудхартом, поскольку причинение в данном случае личного, а не имущественного, вреда должно было быть несущественным фактом для решения судом вопроса о возложении ответственности на третье лицо. Независимо от изложенных выше соображений, трудно представить, чтобы суд первой инстанции мог свободно признать, что ущерб, причиненный телесными повреждениями, не может быть возмещен по правилу Rylands, хотя бы это и были dicta Палаты лордов.

Вопросы, не имеющие самостоятельного значения

Сходная, но тем не менее отличающаяся от возникшей при рассмотрении дела Perry, ситуация сложилась в Палате лордов в связи с прецедентом Minister of Health v. The King, ex parte Yaffe (1931). Против лица, ходатайствующего о выдаче приказа certiorari с целью аннулирования приказа министра, изданного на основании Жилищного закона 1925 года, были выдвинуты два возражения: 1. Суд не имеет права пересматривать законность приказа, поскольку он был издан на основании акта, предусматривающего, что приказ должен иметь точно такое же действие, как если бы он был установлен самим законом, и 2. Приказ в любом случае одобрел этим законом. Палата единогласно приняла решение против министра по первому вопросу, а по второму голосами 4 : 1 вынесла решение в его пользу, в результате чего в ходатайстве было отказано. Но как быть с первым вопросом, если решение второго было, бесспорно, ratio? Учитывая мнение большинства по второму вопросу, Палата лордов имела право сказать: «Мы вправе не рассматривать первый пункт возражений министра, поскольку достаточно успешного для него разрешения второго пункта возражений». Однако она не пошла по этому

93

пути, и утверждение, что решение первого вопроса было ratio, также звучит убедительно, так как это возражение министра относилось к полномочиям суда, поэтому с первым вопросом надо было покончить до того, как перейти к рассмотрению второго. Без сомнения, Палата избрала наиболее рациональный путь, разрешив сначала вопрос о полномочиях суда, чтобы ответ на него был необходимой предпосылкой решения второго вопроса. Ситуация, сложившаяся в этом деле, отличается от ситуации в деле Perry, поскольку оба вопроса — о полномочиях суда и обоснованности приказа — в определенном отношении связаны.

Другой пример взаимозависимости вопросов установлен прецедентом Hedley Byrne and Partners Ltd. v. Heller and Partners Ltd. (1964). Истцы потерпели денежный убыток вследствие расчета, небрежно, как решили судьи Палаты лордов, составленного ответчиками от имени торгового банка. Расчет был сделан в ответ на запрос о платежеспособности третьего лица, с которым ответчики вели финансовые дела, договора же между истцами и ответчиками не было. Ответчики, однако, оговорили, что не примут ответственности за последствия составленного ими расчета. Несут ли они ответственность за денежный убыток, причиной которого был их небрежно составленный расчет? Если несут, то были ли они защищены от ответственности своим заявлением об отказе от последствий? На оба вопроса Палата лордов дала положительные ответы, причем ее позиция в первом вопросе полностью противоречила позиции, занятой ранее Апелляционным судом по аналогичным фактам в деле Candler v. Crane Christmas and Co. (1951). Палата лордов могла бы сказать: «Мы не считаем нужным выносить решение по поводу того, создают ли фактические отношения — при отсутствии договорных — ответственность за сделанное по небрежности ложное сообщение, поскольку, даже если и создают, в этом случае имеет силу отказ от последствий».

Но так сказано не было. Ответ на второй вопрос зависел от ответа на первый. И здесь мы подошли к тому моменту, где практическое различие между ratio decidendi и obiter dictum теряет свой смысл.

Когда в деле W. В. Anderson and Sons Ltd. v. Rhodes

(1967) обсуждался прецедент Hedley Byrne, судья Киенс сказал:

Ученые-юристы, возможно, будут настаивать на том, что высказанные членами Палаты лордов мнения по поводу небрежного искажения истины были obiter и что дело Candler является обязательным пре-

94

Цедентом. Я же считаю такую точку зрения необоснованной. Когда Сятъ членов Палаты лордов после внимательного рассмотрения преце-дентов приходят к выводу, что имеет место некий вид деликта, я ду-- маю, судья первой инстанции должен принять это за основу, не тратя время на исследование того, было сказанное ими положено в основу •окончательного решения или нет.

1 Апелляции по уголовным делам

Еще одна ситуация, в которой не имеют значения различия между ratio decidendi и obiter dictum, складывается при рассмотрении большинства апелляций по уголовным делам. На основании оговорки к ст. 2 Закона 1968 года об апелляции по уголовным делам суд имеет право, признав, что поставленный в апелляции вопрос мог бы решиться в пользу апеллянта, отклонить тем не менее апелляцию, если считает, что реально интересы правосудия не пострадали. Такие случаи довольно часто происходят при обжаловании факта осуждения при рассмотрении дела по обвинительному акту. Во всех случаях, когда это происходит, основной вопрос, обсуждаемый в связи с возможностью отклонения апелляции, — не пострадали ли интересы правосудия, или, пользуясь старой терминологией, имело ли место существенное нарушение справедливости. Обычно при этом подробно обсуждается поднятый в апелляции спорный вопрос права. Следует ли мнения судей по этому спорному вопросу считать лишь obiter dicta потому только, что его решение не влияет на принятое в действительности судебное постановление? Но тогда окажется, что преобладающая часть норм уголовного права не будет обеспечена достаточно прочной базой, какой, по общему признанию, должны быть прецеденты.

Возможны и другие варианты, при которых различие между ratio decidendi и obiter dictum не будет иметь практического значения. Однако пус'ть читатель не думает, будто встречающееся иногда на практике отсутствие разницы между ratio decidendi и obiter dictum приводит к тому, что само это различие теряет значение для доктрины прецедента, Оно является важной чертой доктрины, хотя его значение и не следует преувеличивать.

Формы dicta

Существует несколько способов возможного различения между отдельными видами dicta. Прежде всего, надо указать на противоположность, имеющую место между теми dicta, которые не были применены при решении дела, и

95

теми, которые играют подсобную роль при разрешении спора в конкретном деле, хотя они и не стали частью ratio decidendi. В первом случае подходит термин obiter dicta, означающий высказывания, сделанные по ходу аргументации решения, а термин dicta или судебные dicta уместен во втором случае.

Одно дело — замечание, заявление или предположение, сделанные по ходу обсуждения вопроса, который не вызвал споров. И совсем другое — вывод суда после исчерпывающего обсуждения спорного пункта, который при иных обстоятельствах дела мог бы быть ratio. Такого рода судебные dicta, которые в прецеденте занимают положение между ratio decidendi и obiter dictum, представляются мне по своей ценности ближе к первому из этих -понятий, чем ко второму. (Судья Мегарри в деле Brunner v. Greenslade, 1971.)

Профессор Гленвилл Уильяме говорил, что ratio decidendi прецедента, которое в глазах последующего суда выглядит ненужно широким, является своего рода obiter, хотя вообще, строго говоря, его и нельзя считать obiter. Такого рода obiter или, если хотите, такого рода ratio decidendi обычно называют obiter ex post' facto 30. Судьи не пользуются этой терминологией, а предпочитают на практике пользоваться терминами «истолкование» или «интерпретация ранее вынесенного решения в более позднем деле».

8. Прецеденты с несколькими rationes decidendi

Мы уже говорили о том, что прецедент может иметь более одного ratio decidendi, — и когда излагается всего одно судебное мнение, и когда их несколько. Мы говорили и о том, что каждое ratio обладает авторитетом обязательного применения согласно правилам соблюдения судебной иерархии, описанной в главе I. На этот счет существуют высказывания лорда Саймондса в Палате лордов (дело Jacobs v. L. С. С., 1950), апелляционного судьи Грира в Апелляционном суде (дело London Jewellers v. Attenborough, 1934), судьи Девлина — в суде первой инстанции (дело Behrens v.

Bertram Mills Circus Ltd., 1957). Ранее этот же вопрос поднимался в Судебном комитете Тайного совета лордом Макнотеном (дело Commissioner of Taxation for New South Wales v. Palmer, 1907), сказавшим:

Нельзя толковать правоположение, объявленное судом необходимым и достаточным основанием своего решения, в качестве dictum только потому, что имеется другое обоснование, которое само по себе могло быть положено в основу решения.

хотя он и не пользовался выгодой от помещения в течение пяти лет. 2. Арендатор не намеревался перестраивать ту часть, которая по смыслу Закона считаетсяосновной.

В другом прецеденте, деле Fisher v. Taylors' Furnishing Stores Ltd., арендодатель отказал в просьбе о перезаклю-

чении договора аренды на том основании, что он намеревается перестроить основную часть помещения, сам собирается им пользоваться, хотя он и не получал выгоду от использования помещения в течение требуемых пяти лет. Когда Апелляционный суд обсуждал прецедент Atkinson, судья Деннинг сказал, что истинным основанием для решения данного дела был тот факт, что арендодатель не намеревался перестраивать основную часть помещения. Даже если бы первоочередной целью арендодателей по делу Fisher было занять, а не реконструировать помещение, в их намерение должна входить перестройка той его части, которая считается основной по смыслу Закона 1954 года. В соответствии с этим Апелляционный суд заключил, что он не связан обязанностью решить дело в пользу арендатора, опираясь на тот источник, который, как может показаться, является как бы первым ratio прецедента Atkinson, и вынес решение по делу Fisher в пользу арендодателя.

Таким образом, нет ничего необычного в толковании более старого прецедента в более позднем. То, что большинство могло бы принять за первое ratio дела Atkinson, было истолковано как dictum в деле Fisher.

Среди практических работников принято относиться к подобного рода случаям, как к своего рода проявлениям профессионального риска. Лорд Деннинг пошел дальше, сказав в своей речи по делу Betty's Cafes Ltd. v. Phillips Furnishing Stores Ltd. (1958), что в деле Fisher Апелляционный суд,

по существу, отменил один из доводов решения по делу Atkinson, допустив, чтобы решение осталось на своем другом основании, — позиция, которую я бы признал правильной, будучи полностью уверенным в ошибочности первого основания.

В главе IV мы будем говорить об исключениях из правила stare decisis. Среди этих исключений пока еще не перечислялись случаи, когда в прецеденте имеется два или более rationes decidendi. Если в такой ситуации низшие суды или апелляционные суды параллельной юрисдикции придут к заключению, что они не связаны каждым из ratio, то многие юристы, консультируя своих клиентов по поводу прецедентов с двумя или более rationes, будут вынуждены выразить им свои крайние сожаления. Суд может рассматривать себя связанным первым или вторым ratio в отдельности или обоими вместе. Как писал доктор Мегарри (теперь судья Мегарри), для решений, содержащих 3, 4 или 5 оснований, представляются 7, 15 и 31 возможных комбинаций 31. Ни один из членов Палаты лордов, участвовав-

98

ших в выработке решения по делу Betty's Cafes Ltd., не упоминал о проблеме применения прецедента в связи с делами Atkinson и Fisher. Лорд-хранитель судебных архивов Ивершед, выступая позднее в Апелляционном суде, сказал:

Мне представляется абсолютно ясным, что теперь мы должны трактовать решение по делу Atkinson в том варианте, как оно было изложено в деле Fisher, и не более того32.

По поводу прецедентов с двумя rationes decidendi лорд Деннинг не раз высказывал взгляды, аналогичные той позиции, которую он занял в деле Betty's Cafes Ltd., хотя самое последнее его высказывание (дело Milliangos v. George Frank (Textiles) Ltd., 1975), отражает возврат к ортодоксальному мнению. Даже если установится практика, что суд из двух rationes может выбрать то, которому отдает предпочтение, и отвергнуть другое, должна быть сделана поправка в пользу среднего пути между ratio и dictum. До тех пор пока выбор не сделан, rationes будут условно-обя- зательными. Связанный прецедентом судья может выбрать одно ratio, но не вправе отвергнуть оба, как смог бы поступить по отношению к dicta.

9. Ratio decidendi

вапелляционных судах

Вапелляционных судах дела рассматриваются не единолично, а, как правило, в составе трех-четырех судей. В таких случаях с необходимостью возникает вопрос, как будет выглядеть ratio decidendi суда в отличие от совокупности rationes decidendi, сформулированных в выводах каждого судьи? Какое правоположение будет цитироваться другими судами в качестве источника права?

Когда излагается одно судебное мнение, не возникает никаких проблем. Нет особой проблемы и когда излагается несколько судебных мнений, но судьи пришли к согласованному варианту ratio или rationes decidendi. Но очевидные трудности могут возникнуть тогда, когда излагается более одного судебного мнения и различные мнения не согласуются между собой, хотя и заканчиваются одинаковыми выводами. Вопрос о ratio decidendi хорошо исследовать на примере одного судебного мнения. Соответственно почти невозможно избежать введения каких-либо произ-

4* 99