Материал: Примерные вопросы и задания для подготовки к государственному экзамену

консультаций с федеральным центром, ликвидировал посты Президента и вице-президента Мордовской ССР, передав полномочия руководителя исполнительной власти республики Председателю Совета министров Мордовской ССР. В данном случае КС РФ встал на сторону республиканских парламентариев, подчеркнув право субъектов Российской Федерации самостоятельно определять структуру исполнительных органов государственной власти.

Постановление КС РФ от 02.04.1993 № 6-П «По делу о проверке конституционности Указа Президента Российской Федерации от 29 декабря 1991 года «О дополнительных полномочиях органов управления г. Москвы на период проведения радикальной экономической реформы», совместного Постановления Президента Российской Федерации и Председателя Верховного Совета Российской Федерации от 3 января 1992 года «Об административно-территориальном делении города Москвы», Указа Президента Российской Федерации от 12 января 1992 года «Об обеспечении ускоренной приватизации муниципальной собственности в г. Москве», статьи 10 Закона Российской Федерации от 5 марта 1992 года «О краевом, областном Совете народных депутатов и краевой, областной администрации»:

Отмечалась недопустимость вмешательства исполнительной власти федерального уровня в вопросы, отнесенные к ведению исполнительной власти субъекта Российской Федерации, создание федеральными органами исполнительной власти отраслевых исполнительных органов власти в регионах. В последующем схожие положения нашли свое непосредственное отражение в нормах ст. ст. 71-73 и 77 Конституции Российской Федерации, посвященных особенностям федеративного устройства.

В решениях Конституционного Суда Российской Федерации 1994–1999 гг. обосновывалась автономность исполнительной власти субъекта Российской Федерации, самостоятельность ее формирования и деятельности. В частности, наиболее значимые позиции были сформулированы в Постановлении КС РФ от 18.01.1996 № 2-П «По делу о проверке конституционности ряда положений Устава (Основного Закона) Алтайского края»:

Поводом для рассмотрения вопросов, изложенных в названом документе, стала практика, сложившаяся в некоторых субъектах Российской Федерации, предусматривавшая избрание главы региона либо формирование исполнительной власти полностью законодательным органом субъекта Российской Федерации. Указав, что Конституция Российской Федерации действительно не устанавливает правового механизма формирования исполнительной власти в регионах, Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что подобная модель противоречит основам отечественного конституционного строя, который базируется на народовластии. В данном случае прямое волеизъявление граждан подменялось волей депутатов законодательного органа, что превращало региональный парламент в некую избирательную коллегию. Кроме того, нельзя говорить и о соблюдении принципа разделения властей, поскольку исполнительная власть региона фактически становится придатком власти законодательной.

Продолжение указанного направления мы находим в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10 декабря 1997 г. № 19-П «По делу о проверке конституционности ряда положений Устава (Основного закона) Тамбовской области». В настоящем акте была обоснована не конституционность осуществления главой законодательной власти субъекта Российской Федерации (в данном примере – Председателем Тамбовской областной Думы) ряда функций и полномочий, соответствующих представителям исполнительной власти. Этим решением КС РФ способствовал институционализации системы исполнительных органов государственной власти, очерчивая круг вопросов, входящих в ее компетенцию.06.10.1999 был принят Федеральный закон № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации», который обобщил итоги десятилетия федеративного строительства в России и учел правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации. Однако и после его издания потребовалось уточнение некоторых законоположений. В частности, Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2000 г. № 91-О «По запросу Правительства Республики Ингушетия о проверке конституционности части первой статьи 2, статей 5, 6, 7, 8, пункта 2 статьи 9, статьи 21 и пункта 4 статьи 23 Федерального закона «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» пояснило, что названый закон указывает лишь главные функции органов исполнительной власти субъекта Российской Федерации, в связи с чем, приведенный в нем список не является исчерпывающим. Этот факт позволяет регионам самостоятельно наделять подобные органы полномочиями, отнесенными законодательством 75 к предметам исключительного ведения субъектов Российской Федерации. Далее в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 декабря 2004 г. № 387-О «По ходатайству Государственного Совета Республики Дагестан об официальном разъяснении Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10 декабря 1997 года по делу о проверке конституционности ряда положений Устава (Основного закона Тамбовской области)»

было показано, что подразделения Федеральных органов исполнительной государственной власти, образованные в субъекте Российской Федерации, не входят в региональную систему органов исполнительной власти, и потому НЕ МОГУТ формироваться регионом самостоятельно.

Действительно прецедентный характер получило Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2005 г. № 13-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений Федерального закона «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» в связи с жалобами ряда граждан». Поскольку в 2004 г. в рамках мер по обеспечению национальной безопасности прямые выборы глав субъектов Российской Федерации были заменены процедурой наделения полномочиями региональным парламентом по представлению Президента Российской Федерации, группа граждан обратилась за разъяснением, является ли обозначенная процедура конституционной и не противоречит ли Постановлению от 18 января 1996 г. № 2-П. Рассмотрев жалобу, Конституционный Суд Российской Федерации пришел к следующим выводам:

Во-первых, федеральный государственный орган конституционного контроля повторно признал, что Конституция РФ не устанавливает порядок формирования исполнительной власти региона, поскольку подобные положения имеют свойство меняться в ходе развития государства. Однако, провозглашая свободные выборы как высшее проявление народовластия, Основной закон не ограничивает регламентацию наделения полномочиями главы исполнительной власти субъекта РФ исключительно нормами избирательного права. А Конституция РФ также предполагает невыборные механизмы формирования органов государственной власти и назначения должностных лиц. Настоящие нормы не противоречат международным стандартам и общепринятым принципам международного права, поскольку они хотя и гарантируют право граждан на участие в управлении государством и возможность формировать государственные органы посредством всенародных выборов, но не устанавливают перечень таких государственных органов. Кроме того, право граждан формировать исполнительную власть субъекта Российской Федерации, в том числе с помощью избрания высшего должностного лица, не входит в конституционно-правовой статус личности в Российской Федерации. Следовательно, модель наделения полномочиями в установленном порядке не влечет ограничение прав граждан.

Во-вторых, осуществление исполнительной властью субъекта РФ полномочий по предметам собственного исключительного ведения ограничивается Конституцией Российской Федерации и не может происходить в ущерб федеральному центру, поэтому федеральный законодатель вправе определять порядок избрания руководителя региона. К тому же последний входит в единую систему исполнительной власти Российской Федерации и непосредственно взаимодействует с федеральным уровнем власти. Поэтому участие Президента Российской Федерации, избираемого всенародно, в наделении полномочиями глав регионов пусть и не предусмотрено Конституцией Российской Федерации, но согласуется с ее духом. Возможность же законодательного органа субъекта Российской Федерации наделять полномочиями высшее должностное лицо не означает возложение на региональный парламент полномочий по формированию исполнительной власти, а значит, не противоречит Основному закону. И, в-третьих, Конституционный Суд Российской Федерации допустил неоднозначную оговорку, что его правовые позиции по вопросам организации системы исполнительной власти регионов могут изменяться «с учетом конкретных социально-правовых условий их реализации, включая изменения в системе правового регулирования». Позднее, после возобновления прямых «губернаторских» выборов, Конституционный Суд Российской Федерации еще раз высказался по вопросам формирования государственных органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации в Постановлении КС РФ от 24.12.2012 № 32-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений федеральных законов «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» и «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы». Рассматривая вопрос конституционности института т.н. «муниципального фильтра» (требование подтвердить выдвижение кандидата подписями от 5 до 10% местных депутатов и всенародно избранных глав муниципалитетов), он заключил, что федеральный законодатель вправе создавать дополнительные условия, позволяющие исключить из избирательного процесса кандидатов, не обладающих достаточной поддержкой. Кроме того отмечалась, что при формировании региональной исполнительной власти учитывать не только мнение граждан, но и интересы местного самоуправления.

ВЫВОД:Возможно прийти к выводу, что исполнительная власть субъекта Российской Федерации формируется самостоятельно, не допускается вмешательство в настоящие вопросы федерального центра власти либо региональной законодательной власти, а перечень полномочий правительств на местах не ограничивается федеральным законодательством. Однако в целях защиты прав и свобод человека и гражданина, конституционных принципов разделения властей и федерализма, а также обеспечения интересов Российской Федерации федеральный законодатель может устанавливать нормы, ограничивающие автономию органов исполнительной власти субъекта Российской Федерации.Фактически именно Конституционным Судом РФ сформировано понимание местного самоуправления, объема его прав и гарантий в конституционном смысле. 1) Законодательный орган субъекта Российской Федерации в пределах своих полномочий не обязан принимать законы, полностью совпадающие с федеральными законами (Постановление Конституционного Суда от 13 марта 1992 года N 3-П по делу о проверке конституционности Декларации о государственном суверенитете Татарской ССР от 30 августа 1990 года и ряда законодательных актов Республики Татарстан о проведении референдума; абзац седьмой пункта 2 мотивировочной части).2) Распространение действия федеральных законов на территории субъектов Российской Федерации специальными законодательными актами субъектов Российской Федерации противоречит понятию исключительно федерального ведения и, кроме того, излишне с позиции экономии законодательных усилий и законодательной техники (Постановление Конституционного Суда от 30 сентября 1993 года N 18-П по делу о проверке конституционности ряда правовых актов Кабардино-Балкарской Республики, касающихся статуса судей; абзац шестой пункта 1 мотивировочной части).3) Отсутствие соответствующего федерального закона по вопросам совместного ведения само по себе не препятствует субъекту Российской Федерации принять собственный нормативный акт, что следует из смысла статей 72, 76 (часть 2) и 77 (часть 1) Конституции Российской Федерации и вытекает из природы совместной компетенции4) При ϶ᴛом после издания федерального закона акт субъекта Российской Федерации должен быть приведен в соответствие с ним, что следует из статьи 76 (часть 5) Конституции Российской Федерации (Постановление Конституционного Суда от 1 февраля 1996 года N 3-П по делу о проверке конституционности ряда положений Устава - Основного Закона Читинской области; абзац второй пункта 10 мотивировочной части).

Источник: https://files.student-it.ru/previewfile/209183

Смотрите также:







Изложение содержания дела, по которому приняты судебные постановления
_-___-~1
_1-тема-СтрМетал
_10_Эмиль Золя для эл версии